14 ноября (2 ноября ст.ст.) 1860 года между Россией и Китаем был заключён Пекинский трактат…

Карта государственной границы Российской и Дайцинской империй, приложенная к Пекинскому договору 1860 года. Фотокопия

«Пекинский трактат 1860 года — дополнительный трактат к Айгунскому и Тяньцзиньскому (1858) русско-китайским договорам, подписанный 14 ноября в Пекине русским представителем Н. П. Игнатьевым и цинским уполномоченным великим князем Гун. Являясь продолжением Айгунского и Тяньцзинского договоров, Пекинский договор определял новую границу между двумя странами. Россия окончательно закрепила за собой Уссурийский край, а также получила также право беспошлинной торговли вдоль всей восточной границы.

Н.П.Игнатьев после заключения Пекинского договора. Неизвестный художник. 1860 год

Заключен после окончания так называемой второй «опиумной» войны, в ходе которой англо-французские войска высадились в Северном Китае. Противоречия между западно-европейскими державами, напавшими на Китай, и царской Россией, стремившейся не допустить установления их господства в Пекине, Северном и Северо-Восточном Китае, а также в северо-западной части Тихого океана, побудили русское правительство приложить усилия с целью ослабления давления Англии и Франции на цинское правительство. Позиция России содействовала достижению окончательного разграничения между Россией и Китаем. Подтверждали развивая статьи Айгунского (ст. 1) и Тяньцзиньского (ст. 9) договоров, Пекинский трактат определил восточный участок русско-китайской границы по рекам Амуру, Уссури, Сунгача, оз. Ханка, р. Бэлэнхэ и горным хребтам до р. Тумыньцзян. Частью Пекинского трактата была карта с обозначением линии границы.

Принц Гонг. Фотография Ф.Беато. 1860 год

 Одновременно намечался и западный участок русско-китайской границы. На всем восточном участке русско-китайской границы Пекинского трактата разрешалась свободная и беспошлинная торговля: русские купцы из Кяхты могли ездить в Китай, а китайские в Россию, кроме того, открывалась торговля в Кашгаре. Другие статьи определяли порядок назначения консулов, устанавливали регламент отправлений дипломатической переписки и предоставляли сторонам возможность в дальнейшем совершенствовать правила сухопутной торговли».

Цитируется по: Историческая энциклопедия. М.: Издательство «Советская энциклопедия», 1973-1982

Из записки действительного статского советника Я.П.Шишмарева:
До заключения Пекинского трактата, или лучше сказать до открытия консульства в Урге, все отношения ограничивались лишь на границе между караулами, которых обязанность заключалась главным образом в наблюдении за «чистотою границы». Под чистотою границы подразумевалось то, чтобы чрез нее не было переездов и переходов, не было следов скота, словом, преследовалось всякое взаимное сношение подданных обоих соседних государств. Педантизм доходил до того, что в каждом карауле на граничной черте устраивались, по тогдашнему местному выражению, «силки». Это два шеста или столба, вкопанные недалеко один от другого в землю, между которыми натягивался шнур и концы его припечатывались обоими караулами. Только чрез силки могли проезжать по казенной надобности с караула одной стороны на караул другой, для чего надо было предварительно каким-нибудь образом потребовать другую сторону к распечатанию силка. А так как некоторые караулы находятся довольно далеко от граничной черты, то приходилось употреблять всевозможные меры к вызову. Раз в год один караул устраивал для соседа праздник и опять-таки через силки. Таким образом переход чрез границу для посторонних был невозможен. Купеческая торговля не допускалась. Внутрь Монголии ездили раз и два в год до Урги два чиновника, в сопровождении четырех казаков, посланцами от иркутского губернатора к ургинским правителям для доставления им пакетов правительствующего Сената в Пекинский трибунал внешних дел и один раз в десять лет проезжала Пекинская духовная миссия. Все пограничные дела с китайской стороны сосредотачивались в Урге; решались здесь или на Кяхте, где бы ни возникли на границе от Амура до Тарбагатайской области включительно. Ургинские правители принимали участие в пограничных и Тарбагайского края делах. При посылке китайским правительством в 1855 году на устье Амура уполномоченных для переговоров с генерал-губернатором Восточной Сибири Муравьевым (впоследствии графом Муравьевым-Амурским) были назначены делегаты и из Урги. Потому амбани именовались «главноуправляющими всеми пограничными делами». Титул этот помещен в их печати и остается поныне. Ни один пограничный вопрос не разрешался Пекином без предварительного мнения здешних правителей, авторитет их в пограничных с Россией делах был весьма веский. Сносились они с иркутским губернатором, позже недолго — с кяхтинским градоначальником, называвшимся также губернатором. На Кяхте дела решались обыкновенно съездами (комиссиями) чиновников обеих сторон под председательством троицкосавского пограничного начальника и маймаченского дзаргучея, игравшего немалую роль.

Цитируется по: Русский консул в Монголии: Отчет Я. П. Шишмарёва о 25-летней деятельности Ургинского консульства. Иркутск. Оттиск. 2001. с.41-42

 

Реклама

Об авторе culture landscape

Kulturnyj landshaft
Запись опубликована в рубрике Этногенез, Этнография, Этнополитика. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s