1 ноября (22 октября ст.ст.) 1612 года войска под руководством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского вступают в Москву и захватывают Китай-город…

Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский. М.И.Скотти. 1850 год
Однако еще месяц потребовался, чтобы окончательно освободить столицу от поляков, засевших в Кремле.
Освобождение Москвы от польских интервентов. 1 ноября 1612. Бескровный Л.Г. Атлас карт и схем по русской военной истории. 1946 год

 

«Наконец 22 октября козаки пошли на приступ и взяли Китай-город. В Кремле поляки держались еще месяц; чтоб избавиться от лишних ртов, они велели боярам и всем русским людям выслать своих жен вон из Кремля. Бояре сильно встужили и послали к Пожарскому Минину и всем ратным людям с просьбою, чтобы пожаловали, приняли их жен без позору. Пожарский велел сказать им, чтобы выпускали жен без страха, и сам пошел принимать их, принял всех честно и каждую проводил к своему приятелю, приказавши всем их довольствовать. Козаки взволновались, и опять послышались среди них обычные угрозы: убить князя Дмитрия, зачем не дал грабить боярынь?
Доведенные голодом до крайности, поляки вступили наконец в переговоры с ополчением, требуя только одного, чтоб им сохранена была жизнь, что и было обещано. Сперва выпустили бояр — Федора Ивановича Мстиславского, Ивана Михайловича Воротынского, Ивана Никитича Романова с племянником Михаилом Федоровичем и матерью последнего Марфою Ивановною и всех других русских людей. Когда козаки увидали, что бояре собрались на Каменном мосту, ведшем из Кремля чрез Неглинную, то хотели броситься на них, но были удержаны ополчением Пожарского и принуждены возвратиться в таборы, после чего бояре были приняты с большою честию. На другой день сдались и поляки: Струсь с своим полком достался козакам Трубецкого, которые многих пленных ограбили и побили; Будзило с своим полком отведен был к ратникам Пожарского, которые не тронули ни одного поляка. Струсь был допрошен, Андронова пытали, сколько сокровищ царских утрачено, сколько осталось? Отыскали и старинные шапки царские, которые отданы были в заклад сапежинцам, оставшимся в Кремле. 27 ноября ополчение Трубецкого сошлось к церкви Казанской богородицы за Покровскими воротами, ополчение Пожарского — к церкви Иоанна Милостивого на Арбате и, взявши кресты и образа, двинулись в Китай-город с двух разных сторон, в сопровождении всех московских жителей; ополчения сошлись у Лобного места, где троицкий архимандрит Дионисий начал служить молебен, и вот из Фроловских (Спасских) ворот, из Кремля, показался другой крестный ход: шел галасунский (архангельский) архиепископ Арсений с кремлевским духовенством и несли Владимирскую: вопль и рыдания раздались в народе, который уже потерял было надежду когда-либо увидать этот дорогой для москвичей и всех русских образ. После молебна войско и народ двинулись в Кремль, и здесь печаль сменила радость, когда увидали, в каком положении озлобленные иноверцы оставили церкви: везде нечистота, образа рассечены, глаза вывернуты, престолы ободраны; в чанах приготовлена страшная пища — человеческие трупы! Обеднею и молебном в Успенском соборе окончилось великое народное торжество подобное которому видели отцы наши ровно через два века».

Цитируется по: Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Том 8, глава 8. М.: Мысль, 1989

Из записок Богдана Балыки:
Тогож року 1612 октоврия 22 дня, наждавшися праве долго ратунку и терпевши голод неслыханый, а от его кролевскои милости и от пана гетмана не могли дождати, з великим плачем всего рыцерства и нас бедных купцов, пан Струс и иншое товариство вышписаное мусели змиритися; и побрали к себе в замену Бутурлина и других бояр московских, а от нас к ним по шол пан Будило и Порванецкий. А князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкий и ин столник, князь Дмитрий Михайлович Пожарский и инших князей и бояр не мало и Москва все, обачивши, же наши от голоду велми зморены, и все рыцерство на трактатах бавятся и ротмистрове, козаки и бояре Трубецкого и Пожарского, ударивши у звоны и поднавши корогви, пошли до стены Китайгорода праве силою великою; мы, з голоду змордованы, ледво им отпор дали. Октоврия 26 трактаты скончили и присягу выконали, же мели всех в цале попускати, а потом, над присягу чинили, всех розно розвели и маетки разшарпали.

Цитируется по: Записки киевского мещанина Божко Балыки о московской осаде 1612 года // Киевская старина. № 3. 1882

 

Реклама

Об авторе culture landscape

Kulturnyj landshaft
Запись опубликована в рубрике Совесть нации, Этногенез, Этнополитика. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s