22 октября (1.10 ст.ст.) 1633 года скончался патриарх Филарет, отец царя Михаила Федоровича и фактически его соправитель…

Портрет патриарха Филарета. Н.Л. Тютрюмов. Вторая половина XIX века

«Что же во все это время делалось в Москве? Князья Черкасский и Пожарский стояли в Можайске, как видно, потому, что еще не все ратные люди собрались. Денег также не было. Патриарх Филарет умер 1 октября 1633 года: на его место был возведен псковский архиепископ Иоасаф, «по изволению царя Михаила Федоровича и по благословению патриарха Филарета, потому что был дворовый сын боярский: нравом и жизнию он был добродетелен, но к царю не дерзновенен, как говорят хронографы. 28 января 1634 года царь Михаил созвал собор и объявил, что польский король, видя крепкое стояние боярина Шеина, всех воевод и ратных людей, видя под Смоленском тесноту, на своих людей победу, накупил на Московское государство крымского царя, который прислал сына своего со многими ратными людьми, и они украинские города многие повоевали и пожгли; а дворяне и дети боярские украинских городов, видя татарскую войну, слыша, что у многих поместья и вотчины повоеваны, матери, жены и дети в полон взяты, из-под Смоленска разъехались, и остались под Смоленском немногие люди. Литовский король, послыша, что государевы люди начали разъезжаться, пришел под Смоленск; государевы люди литовских людей многих побили, языки, знамена и литавры побрали, и языки в расспросе сказывали, что король Владислав и литовские люди пришли для того, чтоб им боярина Михаила Борисовича Шеина отбить, Смоленск за Литвою удержать по-прежнему, и хотят идти в Московское государство, чтоб, по умышлению проклятого папы римского, православную веру превратить в свою еретическую и Московское государство до конца разорить. После того король государевым ратным людям тесноту учинил и дороги заступил. Теперь государь посылает на литовских людей князя Дмитрия Мамстрюковича Черкасского с товарищи, и тем ратным людям, которые посланы с ними и которые стоят под Смоленском без съезду, без жалованья на службе быть нельзя, а государева денежная казна, которая собрана была в прошлых годах государским рассмотрением, а не поборами с земли, и та денежная многая казна роздана всяким ратным людям; а которая денежная казна есть теперь, та идет беспрестанно на жалованье ратным же людям и на месячный корм, и вперед денежной государевой казне на жалованье и на корм ратным людям без добавочной казны быть нельзя. В прошлом году, по соборному уложенью, собирали пятую деньгу; но гости и торговые люди многие давали пятую деньгу неправдою, не против своих промыслов и животов. В прошлых годах Московское государство было в разоренье, денег в казне ничего не было, но когда была назначена пятая деньга, то собрано было против нынешнего гораздо больше, хотя люди тогда были скуднее; после того Московское государство в тишине и покое было многое время и перед прежним во всех своих животах люди очень пополнились: так вам бы дать денег». Всяких чинов люди отвечали, что денег дадут, смотря по своим пожиткам, что кому можно дать. Государь велел сбирать эти запросные и пятинные деньги боярину князю Борису Михайловичу Лыкову, окольничему Коробьину и чудовскому архимандриту Феодосию».

Цитируется по: Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Том 9, глава 3. М.: Мысль, 1990

Адам Олеарий, из описания путешествия в Московию:
Далее следовали княжеские подарки, один за другим: их вели и несли русские. Подарки были следующие:
1. Вороной жеребец, покрытый красивою попоною.
2. Серый в яблоках мерин.
3. Еще гнедая лошадь.
4. Конская сбруя, прекрасно выработанная из серебра, осыпанная бирюзою, рубинами и другими камнями; ее несли двое русских.
5. Крест, длиною почти с четверть локтя, из хризолитов, оправленных в золото; его несли на блюде.
6. Дорогая химическая аптечка; ее ящик был из черного дерева, окованного золотом; баночки также из золота, обсаженного драгоценными камнями; ее несли двое русских.
7. Хрустальная кружечка, обитая золотом и осыпанная рубинами.
8. Большое зеркало, длиною в 5 четвертей и шириною в локоть, в раме из черного дерева, покрытого толстыми литыми из серебра листьями и рисунками; его несли двое русских.
9. Искусственная горка, с боевыми часами, с изображением при них истории блудного сына в подвижных картинах.
10. Серебряный позолоченный посох со зрительною трубою в нем.
11. Большие часы, вделанные в черное дерево, обитое серебром.
За этими подарками шли два камеръюнкера, которые в вытянутых руках держали верительные грамоты: одну к великому князю и одну к патриарху, отцу его царского величества, Филарету Никитичу: хотя этот последний, пока мы были в дороге, и скончался, тем не менее, сочтено было за благо передать это послание великому князю.

Цитируется по: Адам Олеарий. Описание путешествия в Московию. М. Русич. 2003. с.47-48

См. ещё: Федор Никитович Романов – Патриарх Филарет

Реклама

Об авторе culture landscape

Kulturnyj landshaft
Запись опубликована в рубрике Культурное наследие, Этногенез, Этнополитика. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s