Pax Assyriaca

 

Доисламская история Аравии

 

Ассирия

Аравия на карте — большое серое пятно, по краям которого жмутся зеленые прибрежные зоны. На огромной территории, почти три миллиона квадратных километров, только 5 процентов пригодно для жилья. Остальное — полупустыни, где можно жить только зимой, а летом все вымирает и люди уходят в другие места, где есть зелень, вода и тень.Великие цивилизации древности доходили до ее границ — и останавливались, не в силах справиться с пустыней.Жизнь, история кипели снаружи, а на внутренних землях почти не менялась в течение тысячелетий. Здесь жили арабы. «Араба» на древнееврейском и значит — пустыня. Сами арабы называли себя «ахль-аль-бадв» — люди пустошей. В Аравии никогда не было никого, кроме арабов: никто сюда не приходил, никому не были нужны эти земли.Век за веком скотоводы и кочевники пасли здесь огромные стада овец, свиней и коз, которые давали им мясо и молоко, шерсть и кожу. До них доходили только отголоски истории. Какая им была разница, с кем торговать шкурами и шерстью — римлянами или персами? Для арабов существовали лишь пастбища, шатры, колодцы и небо над головой. Чужаков они пропускали через свою территорию за деньги, давая их караванам конвой и проводников. Без их помощи ни одни путешественник не добрался бы до цели живым.Между тем Аравия находилась совсем не на задворках мира, а как раз наоборот — в самом центре истории.Совсем рядом была колыбель цивилизации — Месопотамия. Пока арабы продолжали кочевать и пасти свой скот, там одно за другим появлялись и исчезали мощные государства — шумеры, аккадцы, Вавилон, Ассирия, Лидия, Мидия. В соседнем Египте сменялись великие династии, возводились пирамиды, расцветала великая культура.Первыми властителями земного мира были аккадцы — царь Саргон и его наследники, объединившие всю Месопотамию и дошедшие до Армении и Средиземного моря. В Аравию они вторглись, чтобы добывать ценный материал — черный диорит, из которого изготавливали свои статуи. При фараоне Тутмосе Первом сюда раз или два наведались древние египтяне, а потом больше 1000 лет царствовала одна Ассирия.Ассирийцы были одной из тех цивилизаций, которые ничего не создают, а только принуждают других отдавать плоды своих трудов. Они воют лучше всех, беспощадны и жестоки, разрушают и уничтожают все при малейшей попытке сопротивления. Ассирийцы в чистом виде воплощали идеологию абсолютной власти — право сильного, не смягченное никакими моральными и общественными законами. Их цари запечатлевали себя рвущими губы и глаза у побежденных, гордо перечисляли свои подвиги: сколько городов сожжено, сколько людей убито. «Я велел построить стену перед Большими воротами города, — хвалился ассирийский царь Ашшурбанипал, — я велел содрать кожу с вождей восстания и обил стену этой кожей. Некоторых из них я велел замуровать в стену; другие были распяты на кресте или посажены на кол вдоль стены. Со многих из них я велел содрать кожу в моём присутствии и покрыл стену этой кожей. Я велел сделать венцы из их голов и гирлянды из их проколотых тел».С такой же неумолимой и последовательной жестокостью ассирийцы воевали с арабами. Их не пугала пустыня: они проникали везде и уничтожали врагов до тех пор, пока не подавляли всякое сопротивление. Царь Тиглатпаласар Третий в VIII веке до н. э. победил бедуинов и взял в плен аравийскую царицу Забибу. «Он наложил на царицу дань, — сообщал ассирийский летописец, — и она склонилась у его ног. Ее люди принесли ему золото, серебро, верблюдов и целовали ноги. Он взял в плен 1100 людей, 30 тысяч верблюдов, 20 тысяч голов скота, 5 тысяч связок всех сортов специй и кувшины богов».Особенно жестоко и методично преследовал арабов другой великий царь — Ашшурбанипал. Он начал кампанию летом, в самые жаркие месяцы, заранее составив подробную карту с указанием источников и запасов воды. Ассирийцы захватили все эти источники, оставив арабов без воды. «Мы задержали воду, жизнь их душ, — поэтично рассказывал летописец, — и сделали ее питьем, дорогим для их уст». Большинство арабов погибли от голода и жажды, другие резали верблюдов и пили кровь и навозную жижу. После победоносного похода Ашшурбанипал впряг в свою триумфальную колесницу несколько царей, в том числе аравийского. Он отобрал у арабов изображения богов, тем самым лишив их небесной поддержки.Но власть ассирийцев со временем закончилась, как и всякая другая. Арабы на время получили передышку. Только египтяне время от времени делали вылазки в Аравию. Фараон Мен­тухотеп III однажды устроил большую экспедицию в глубь полуострова, послав три тысячи солдат, каждый из которых нес по два кувшина воды и 20 караваев хлеба, чтобы хватило на пятидневный переход. Они прошли по пустыне полторы сотни миль, выкопали по пути несколько колодцев, взяли с арабов дань и ушли обратно.Древние греки, несмотря на свою любознательность, арабов почти не заметили: Александр Македонский во время своих знаменитых походов предпочел обойти Аравию стороной, решив, что ему нечего там делать. Только македонский царь Антиох III, всюду тянувший свои руки, воевал в Аравии с купеческой и портовой Геррой, которая предпочитала откупаться от захватчиков благовониями и серебром.Потом пришло время Рима.Поход ГаллаРимляне, стремившиеся подчинить себе всех и все, не сделали исключения и для Аравии. Самих арабов они при этом ценили невысоко. Страбон пренебрежительно говорил, что арабы — это скорее торгаши и купцы, чем воины. Рим интересовали только богатства южной Аравии, о которых у римлян были почти сказочные представления.Вот как Диодор Сицилийский описывал эту волшебную страну:«В глубине ее стоят густые леса, в которых рядом произрастают большие ладаноносные и мирровые деревья, а также полоны, аир, киннамон и другие душистые растения, и совершенно невозможно распознать особенности и природу каждого из них, ибо число их велико, а ароматы смешаны в один общий аромат. Он кажется необъяснимым и божественным и поражает обоняние и чувства каждого. И даже путешественники, проезжающие вдали от берега, становятся причастны этому наслаждению. Ибо летом, когда ветер дует со стороны материка, случается, что ароматы мирровых и других благоухающих деревьев разносятся ветром и распространяются на ближайшие морские пространства. Тот, кто вдохнул от этих ароматов, поверил, что вкусил амброзию».Эти благословенные земли римляне называли Arabia Felix — Счаст­ливая Аравия. В ее оазисах и в лесистых районах вдоль береговой линии с давних времен жили оседлые арабы. На узкой полоске плодородной почвы, зеленым ожерельем обрамлявшей пустыню с севера и юга, на протяжении веков появлялись и исчезали блестящие царства. Самым знаменитым из них было Сабейское. Диодор писал о нем так: «Что касается сабейского народа, то он превосходит не только все соседние аравийские народы, но и все народы вообще богатством и даже роскошью. Всевозможные чаши украшены золотой и серебряной резьбой, кровати и треножники у них стоят на серебряных ножках, а остальная мебель роскошна невероятно. У сабейцев во дворцах высокие колонны, одни позолоченные, другие с серебряными фигурами на капителях». В Библии рассказано о том, как иудейскому царю Соломону приезжала царица Сабейского царства — царица Савская, привезя в подарок благовония, самоцветы и 120 талантов золота (около 24.5 кг). В наши дни от всего этого великолепия остались только руины плотин, обломки крепостей, горстка монет и несколько загадочных надписей.

Именно эту Счастливую Аравию, которую римляне считали чудесной страной благовоний и золота, император Октавиан Август поручил завоевать префекту Египта Эллию Галлу.Римляне, как всегда, хорошо подготовились к походу. Армия Галла состояла из 10 тысяч человек пехоты и флотилии в 130 кораблей. К ним присоединились военные отряды, присланные царем Иродом и набатеями во главе с Силлеем, вызвавшимся быть проводником.Но поход оказался неудачным. Высадившись на северо-западе Аравийского полуострова, римское войско несколько месяцев ничего не предпринимало, пытаясь сориентироваться в незнакомой местности. Когда армия, наконец, двинулась в глубь Аравии, то еще раньше, чем столкнуться с врагом, потеряла большую часть людей от голода, жажды и болезней. Эллий Галл без труда захватил несколько оазисов, дошел до Сабейского царства, но остался почти без армии и был вынужден повернуть назад. Всю вину за неудачу римляне свалили на Силлея, которого обвинили в измене и казнили. Но эта бесславная экспедиция навсегда отбила у Рима желание покорять южную Аравию.Дион Кассий о походе Галла. «Пустыня, жара и плохая вода доставляли войску такие мучения, что большинство погибло. Кроме того, на них напал мор, который был иным, чем обычный. Вначале он поражал голову, которая совершенно высыхала, отчего большинство тотчас же погибало. У выживших болезнь затем поражала остальное тело и охватывала ноги, которые приводила в ужасное состояние. Ничего не помогало, только если пить вино, смешанное с маслом, а также натирать им кожу. Но это могли делать лишь немногие, ибо ни вина, ни масла страна не производит и запасы их у войска были невелики. Вследствие мора враги не только отняли у римлян все, но и изгнали остатки их войска из страны. Это были первые, а может быть, и единственные римляне, которые в качестве врагов так далеко вторглись в эту часть Аравии, ибо они достигли крупного города Атулия».

Набатея и Пальмира

Счастливой Аравии римляне противопоставляли ее бедные районы, населенные бедуинами: Пустынную Аравию, расположенную в центре полуострова, и Ка­менистую Аравию, на севере. Здесь во времена Рима существовало два сильных государства, сыгравших важную роль в истории Римской империи соседних стран, — Набатея и Пальмира. Набатейское царство возникло на самой северной границе аравийской пустыни. Его столицей была знаменитая Петра — город в скалах. Укрытая среди гор в долине, к которой вела одно только узкое ущелье, она могла без труда выдержать любую осаду. С помощью прочных терракотовых труб жители собирали воду со всех источников в округе и благодаря этому никогда не испытывали недостатка в воде. В городе имелись водопровод, бани, несколько жилых кварталов, множество роскошных усыпальниц и греческий театр.
Набатеи держали сильную армию, состоявшую из пехоты и конницы, которая двигалась верхом на верблюдах. В отличие от других кочевников, набатейские солдаты ставили жесткие седла прямо на горб, а не позади него, что позволяло верблюду бежать быстрее. Правители Набатеи были искусными стратегами и строили на вершинах холмах крепости, откуда наносили врагам быстрые и внезапные удары. Они окружали пограничные города крепостными стенами, восстанавливали старые сторожевые башни, создавали в самых глухих и безлюдных местах дозорные посты. С помощью крепостей, дорог, сети колодцев и караван-сараев — промежуточных пунктов для караванов и войск — набатейские цари распространяли свою власть далеко вглубь пустыни. Благодаря этому они были хорошими союзниками римлян, которые ценили их организацию и боеспособность.
В это же время посреди сирийской пустыни расцвела и знаменитая Пальмира. По-арамейски ее называли Тадмор, то есть «чудо». В III веке это было мощное государство, грозившее самому Риму и претендовавшее на императорскую власть. Царь Оденат и его жена Зенобия сумели разбить войска персидского шахиншаха Шапура Первого и римские легионы, завоевав весь Ближний Восток и Египет. Ударную силу пальмирской армии составляла тяжелая конница, закованная в кольчуги и доспехи из металлических пластин. Даже кони были целиком покрыты броней, а всадники устойчиво сидели в высоких четырехрогих седлах. Не менее сильны были лучники с крепкими дальнобойными луками — их делали композитными, то есть составленными из разных материалов, что увеличивало пробивную силу. Патрульные отряды пальмирцев стремительно перемещались по пустыне на верблюдах и конях.
По культуре Пальмира была греко-римской, с эллинистической архитектурой и укладом жизни. Почти через весь город тянулась широкая улица — продолжение караванной дороги — с триумфальными арками и четырьмя рядами двухъярусных колонн. С обеих сторон ее окружала сплошная застройка из огромных храмов, дворцов, акведуков и римских терм, среди которых выделялись здание амфитеатра и местного Сената. Имперская грандиозность соединялась здесь с восточной утонченностью, а варварская роскошь — с безупречным вкусом.Но пышному расцвету Пальмиры положил конец римский император Аврелиан. Для разгрома государства он использовал соседние арабские племена, которые римляне называли сарацинами. Сейчас на месте этой «невесты пустыни», как называли ее в древности, — сирийская деревня.

Императрица ЗенобияЗенобия

Общее мнение римлян об арабах подытожил Аммиан Марцеллин: «Нам не следовало бы желать иметь сарацинов ни друзьями, ни врагами, так как они блуждают или ездят туда и сюда и в кратчайшее время опустошают все, до чего могут добраться. Они подобны хищникам коршунам, которые хватают добычу, высматривая ее с высоты, и тотчас улетают, если им не удалось нанести удар. Никогда и никто из них не берется за рукоять сохи, не сажает деревьев, не ищет пропитания, обрабатывая землю. Они вечно блуждают, передвигаются вдоль и поперек, без дома, без определенного места жительства, без законов. Они не могут длительно оставаться под одним и тем же небом, и им не нравится одно и то же место на земле, их жизнь постоянно в движении». Аммиан Марцеллин служил в армии императора Юлиана Отступника, который погиб от стрелы, выпущенной арабом.

Лахмиды против Гассандидов

Что происходило в это время в самой Аравии, почти не известно. От ранней бедуинской истории остались только отдельные имена местных царей, воевавших с византийцами и заключавших с ними непрочные союзы. Существует легенда, что аравийская царица Мавия послала ромеям помощь против готов, осаждавших Константинополь. В решающий момент один из арабов бросился на врага с ножом, перерезал ему горло и стал пить его кровь. Это привело готов в такой ужас, что они обратились в бегство.
Унаследовавшие власть византийцы переняли у римлян их богатый опыт общения с арабами. Для христианских императоров северные арабы играли ту же роль, что казаки в России: они охраняли южные границы, делали набеги на соседей и получали за это льготы и деньги. Этим «ромейским арабам» — их назвали Гассанидами, по племени гассан, — противостояли «персидские» арабы из племени лахм, которые, наоборот, воевали с Византией на стороне персов и создали династию Лахмидов.
Византийцы и персы поделили Аравию на зоны влияния и в мирных договорах всегда указывали необходимость придерживаться этого деления, то есть не переманивать ромейских арабов на сторону Персии и наоборот. Но
существование мелких арабских княжеств среди таких крупных «акул», как Византия и Персия, всегда было шатким и недолгим. Большим империям в конце концов надоели их игры в независимость, и они прибирали их в рукам. К VII веку персы захватили лахмидское и химьяристкое царства, а Византия — гассанидское.
Независимыми остались только кочевые племена в центре Аравии, до сих пор почти не участвовавшие в истории. Главным городом здесь была торговая Мекка.

К завоеваниям в эпоху праведных халифов.
Сирия и Египет
Продолжение войны с Византией

Наступление арабов на запад не было неумолимым и непрерывным движением вперед: оно проходило с большими паузами и откатами. В войне с Византией армия арабов остановилась у границ Палестины, которые охраняли арабские союзники ромеев — Гассаниды. (Как раз перед этим император Ираклий прекратил платить им жалование из-за недостатка средств в казне: после разгрома Персии он не думал, что ему что-то угрожает с этой стороны). Взятый поле осады Дамаск Халиду ибн аль-Валиду вскоре пришлось отдать обратно. Но арабы быстро учились и извлекали уроки из своих поражений.
После оставления Дамаска Халид, оставшийся с небольшой армией, — все силы были брошены против Персии, — тянул время. Византийцы тоже не торопились дать бой, предпочитая тактику медленного выдавливания. В конце концов 20 августа 636 года состоялась битва. Византийцы дважды прорывались с флангов к лагерю, но не смогли сломить сопротивление арабов. Ветер — в который уже раз — нес пыль в лицо византийцев, и чтобы не задохнуться, они заворачивались в плащи, закрывая нос и рот. На следующий день ромеи атаковали вражеский центр. Арабы пытались контратаковать и попали под обстрел армянских лучников, целивших им в глаза. От стрел окривело 700 мусульман, поэтому этот день назвали «днем окривения».
Командовавший византийцами армянин Вахан бросил в бой тяжелую пехоту. Она шла рядами по 10 человек, скованных друг с другом цепями, чтобы никто не мог развернуться и бежать (легендарная деталь, повторявшаяся в описании арабами многих битв). Но и эта атака захлебнулась. На третий день арабы устроили глубокий рейд в тыл врага. В решающий момент христианские арабы в армии ромеев перешли на сторону мусульман. Среди византийцев началась паника, они бросились бежать. В густой пыли, стоявшей над полем, многие попадали с крутого берега реки и разбились насмерть. Сам Вахан выжил. Оправившись от ран, он оставил военную оставил карьеру, ушел в монахи и жил в синайском монастыре под именем Анастасий, толкуя библейские псалмы.
После этого поражения Византия осталась практически без армии. Император Ираклий бросил Сирию на произвол судьбы, оставив Антиохию и уехав в Константинополь. Арабы завоевывали один город за другим. Под Иерусалимом Халид ибн аль-Валид разгромил брата императора Феодора, который бежал, бросив свое войско. Но сам Иерусалим ему взять не удалось, а осада множества мелких городов выматывала у арабов силы.

Взятие Иерусалима и Антиохии

Тем не менее, арабы стояли у стена Иерусалима, и его падение было только вопросом времени. Жители города согласились сдаться, но только самому халифу Омару. Ради Иерусалима халиф лично отправился в войска. Прибыв в лагерь, Омар прежде всего набросился на тех мусульман, кто погряз в роскоши, облачался в шелк и украшал себя драгоценностями. Он засыпал их пылью, чтобы так «они больше походили на арабов». Сам он ходил в одной и той же выцветшей от пота рубахе, возил с собой только мешок сушеных фиников и ездил на верблюде, а не на коне.
Перед сдачей Иерусалима Омар заключил с его жителями договор, в котором обещал не трогать их имущество и не преследовать за веру. В ответ они обязались платить джизью и изгнать из города ромеев. Иерусалимский патриарх Софроний лично вышел на встречу Омару, стоявшему в лагере за пределами города, и провел для него экскурсию по иерусалимским храмам. Здесь, на развалинах иудейского храма, Омар заложил мечеть Маджид аль-Акса, то есть «Дальняя мечеть».
За Иерусалимом последовала Антиохия, столица Сирии и третья по значению православная патриархия (после Константинополя и Александрии — четвертой был Иерусалим). Она подверглась осаде и сдалась так же легко, как и другие сирийские города, заключив с Омаром договор о выплате дани. Всем не желавшим находиться под властью арабов дали возможность беспрепятственно уйти из города. После этих успешных действий последовала неожиданная отставка Халида аль-Валида. Формально Омар сместил Халида ибн аль-Валида за то, что тот раздавал деньги своим военачальникам вместо того, чтобы сдавать их в общую казну: проще говоря, за своеволие. Будь на месте Омара более слабый правитель, это могло бы вызывать возмущение в войсках. Халифу говорили: ты вложил в ножны меч Аллаха, ты сместил того, кого назначил сам Пророк. Но Омар считал, что арабы слишком восхищались Халидом и стали полагаться на него, вместо того, чтобы полагаться на одного Аллаха.
В 639 году разразилась эпидемия чумы, за которой последовала страшная засуха. Наступил голод, продолжавшийся девять месяцев: поля лежали, покрытые пеплом сгоревшей травы, весь скот был съеден. Омар раздавал в бесплатную еду и устраивал в своем доме совместные трапезы для беженцев из голодающих районов. Только в одной Аравии чума и голод выкосили 25 тысяч человек, некоторые бедуинские кланы исчезли полностью. В это время умерло много военачальников, в том числе арабский наместник Сирии. Новым наместником стал Муавия, младший брат главы клана куфиев, Абу Суфьяна: с этого назначения началось его восхождение к верховной власти.

Завоевание Египта

Несмотря на сильные потери от чумы, арабы решили вторгнуться в Египет с небольшим войском — не больше трех с половиной тысяч человек. Считается, что его предводитель Амр ибн аль-Ас аль-Кураши отправился в этот поход тайком от всех, недовольный тем, что наместничество в Палестине досталось не ему, а Муавии из рода Суфьянов. Это было смелое и почти авантюрное предприятие сродни экспедиции Кортеса в Мексике или походу генерала Черняева в Среднюю Азию.
Дорога из Палестины в Египет оказалась открыта — византийцы не выставили на ней никакой охраны. В 639 году арабы подошли к первому городу, Пелузии, жители которого совершенно не ожидали нападения. Но у города имелись крепостные стены, которые арабы не могли взять сходу. Осадных орудий у них не было, как и времени вести осады. Поэтому они дождались, когда защитники города сделают вылазку, устроили контратаку и ворвались вместе с ними в открытые ворота. Город пал, и арабы, уходя, срыли его стены, чтобы не оставлять в тылу враждебную крепость. У них не хватало воинов, чтобы оставить в Пелузии хотя бы маленький гарнизон.
Христианский Египет между тем был расколот очередной церковной смутой. Местные жители придерживались монофизитства, а константинопольские власти насаждали придуманное в столице монофелиство. Проводником официальной доктрины был патриарх Кир, сурово преследовавший сектантов и их главу — патриарха Вениамина, который прятался где-то в горах. Брат Вениамина, Мина, погиб мученической смертью, отказавшись отречься от своей веры: его поджарили на огне, вырвали все зубы, посадили в мешок с песком и бросили в море. В стране происходили бунты, переходившие в кровавые столкновения. Религиозная вражда смешивалась с национальной — копты-египтяне не любили византийцев, считая их чужаками и оккупантами. Византийская армия в Египте под командованием Феодора была невелика и раздроблена на гарнизоны, рассеянные по всей территории страны. К тому же византийцем и в голову не приходило, что они имеют дело с малочисленным отрядом, а поражения в Сирии и Палестине заставляли их соблюдать осторожность. Поэтому они отсиживались в крепостях, не предпринимая никаких активных действий.
Между тем арабы взяли хорошо укрепленный город Бидбейс, устроив после месячной осады отчаянный штурм. После этого Амр присоединил к свой армии местных кочевников-бедуинов и отправился к городу Бабилон. Здесь в июле 640 года произошла крупная битва с византийцами. Византийской армией командовали Феодор и префект Александрии Анастасий. Амр атаковал их сразу с двух флангов, а затем ударил конницей с тыла. Византийцы бежали.
Спустя несколько недель Амр осадил Бабилон. Это была крупная крепость, построенная по всем правилам римской фортификации, с двадцатиметровыми стенами в два с половиной метра толщины. Ее ворота выходили к Нилу, откуда по воде к защитником крепости доставляли все необходимое, а со стороны пустыни тянулась непреодолимая стена. Амр благоразумно согласился на предложение патриарха Кир о мире и снял осаду в обмен на крупный выкуп. Однако в дело вмешался византийский император Ираклий, расценивший переговоры Кира как предательство. По его приказу патриарх был отправлен в отставку, а договор с арабами расторгнут.
Не получив денег, Амр возобновил наступление. На этот раз он двинулся на север в сторону Александрии, пополняя свою армию примкнувшими к нему монофизитами. Феодор выступил ему на встречу и разбил арабов, которым пришлось укрыться в близлежащей крепости. Выждав и собравшись с силами, они отступили к Бабилону и снова осадили город. На этот раз осада продолжалась семь месяцев. За это время император Ираклий умер, и в Константинополе началась смута. Командующий византийской армией Феодор уехал из Египта в столицу, положение в стране стало зыбким. Измученные осадой жители Бабилона решили сдать сдаться при условии, что всех желающих беспрепятственно выпустят из города. 7 апреля 641 года, в день Пасхи, христианский гарнизон покинул город, предварительно выпустив из тюрем всех заключенных и отрубив руки тем, кто сидел в тюрьме за ересь. Захватив Бабилон, Амр снова двинулся к Александрии. По дороге он взял город Никиу, гарнизон которой в панике разбежался при приближении арабов, не оказав сопротивления. Вернувшийся в Египет Феодор организовал оборону на подступах к Александрии, но после десяти дней упорных боев арабы подошли к столице Египта.

Падение Александрии

Однако взять Александрию им не удалось. Это был огромный город с населением в 150 тысяч человек, имевший мощные укрепления и сильный флот. Он стоял на берегу моря и его нельзя было осадить, а огромные стены и отсутствие осадных орудий у арабов делали невозможным прямой штурм. Гарнизон города был более многочисленным, чем армия осаждавших его мусульман (от 20 до 50 тысяч против 15 тысяч у арабов). Амр отступил от Александрии, но как только арабы ушли, в городе начались волнения. Партия «синих» не могла поделить власть с партией «зеленых», монофизиты устраивали заговоры против вернувшегося из Константинополя Кира. Религиозные и внутриполитические волнения доходили до кровавых стычек. В этих условиях Кир решил устроить перемирие с арабами. Прибыв в Бабилон, он заключил с Амром договор, согласно которому византийцы выплачивали арабам контрибуцию и обязались не предпринимать военных действий в течении 11 месяцев. Однако этим условия договора не заканчивались. По окончании перемирия войска византийцев должны были добровольно покинуть Александрию и уплыть за море. Арабы взамен поклялись не ущемлять интересы христиан и не разрушать церкви, а также не трогать евреев. В знак серьезности своих намерений византийцы выдали арабам 200 заложников.
Фактически это была сдача Александрии, которую византийцы прежде так долго и упорно обороняли, причем сдача без боя и каких-либо выгод для ромеев, кроме временного перемирия. О причинах этого договора много говорилось у историков, но они до сих пор остаются неясными. Говорили, например, что Кир вовсе не собирался выполнять договор и просто выигрывал время, или что сдачи города требовал сам император, считая, что армия больше понадобится ему в Константинополе. Так или иначе, переговоры проходили за спиной горожан, которые ничего не знали и были просто поставлены перед фактом.
В отличие от александрийцев, арабы потратили перемирие с пользой. За 11 месяцев они захватили почти весь восточный Египет и в назначенный день пришли к Александрии, чтобы войти в город. Кир к этому времени уже умер. Аристократы и зажиточная часть населения бежали, бросив свои роскошные дома. Вместо них в мраморных дворцах, еще носивших на себе следы эллинской культуры, поселились солдаты-бедуины. Бывшие кочевники мало дорожили своими новыми жилищами: они проводили в одном доме несколько дней или недель и переходили в другие. Здание разрушались, исчезали в пожарах вместе с драгоценными фресками и изысканными статуями. Александрийская библиотека, по мнению большинства историков, тогда уже не существовала. Тем не менее, сохранилась легенда о том, как арабы распорядились с тем, что от нее осталось. Халиф Омар якобы заявил, что если в этих книгах содержится то же самое, что в Коране, то они не нужны, а если что-то другое, то они вредны. Арабы бросили старинные папирусы в воду, и волны Нила несколько дней текли чернилами.
После прихода арабов монофизитский патриарх Венеамин с торжеством возвратился в Александрию. Но прошло немного времени, и копты, так яростно боровшиеся за свою веру, начали толпами переходить в ислам. Завоеватель Амр не сделал Александрию своей столицей — ему не нравилось, что она отделена от Аравии большой рекой. Поэтому во время перемирия арабы обустроили в Египте свою штаб-квартиру Аль-Фустат, то есть «лагерь», — будущий Каир. Неутомимый Амр отправился на запад, в Северную Африку, где захватил греческую Киренаику (Барку) и разгромил византийцев у Карфагена, хотя сам город ему взять не удалось. Продолжая путь на запад, он перешел невидимую границу, отделявшую греческий мир от латинского, и завоевал Триполи и Лептис Магну — некогда цветущие римские города, запустевшие после нашествия вандалов. С местными берберами Амр заключил договор о выплате дани, по которому арабы при недостатке средств имели право забирать в рабство их детей. Затем он вернулся в Египет, оставив в качестве наместника своего племянника Укабу ибн Нафи, которому позже предстояло завершить завоевание Северной Африки.
Об Амре современники писали, что он был невысок ростом, но при этом такой грузный и широкий, что, по словам поэта, «заполнял собой всю мечеть». Все у него было огромным: голова, лоб, борода, руки и рот, густые брови и черные глаза. Как многие арабы, он отличался красноречием и произносил зажигательные проповеди.
Проповедь Амра.
Одна из таких проповедей, сказанная Амром в фустатской мечети, сохранилась. В своей речи он призвал мусульман воздерживаться от излишеств и от многодетности, потому что она отнимает у человека время, которое ему нужно, чтобы задуматься о своей жизни и освободиться от страстей. По сути дела, это был панегирик мирной жизни, а также хорошего отношения к коптам и лошадям. «О собравшиеся люди! Взошло созвездие Близнецов, пылает Сириус, и открылось небо. Отошла чума, и уменьшилась роса, улучшились пастбища, ягнились овцы, и подросли ягнята. Пастух должен хорошо смотреть за пастьбой. Пусть он с благословения Аллаха живет в своей долине! Пользуйтесь же ее скотом, ее молоком, ее барашками, ее дичью! Пасите своих лошадей, откармливайте их, заботьтесь о них, почитайте их! Ведь они — ваш щит от врагов ваших, в них ваше богатство и ваше бремя. Примите заповедь хорошо обращаться с коптами, с которыми вы окажетесь по соседству! И еще. Я запрещаю вам увлекаться благовониями и медовыми сластями, ибо они портят нам веру и делают беззаботными». Дальше говорилось так: «Вам завещано хорошо обращаться с коптами, потому что они в родстве с вами и под покровительством. Так удержите ваши руки, не трогайте женщин, опустите ваши глаза! Я не знаю, что произойдет с человеком, который сам оброс жиром, но истощил лошадь. Знайте же, что я запрещаю по отношению к лошадям, то же, что по отношению к людям!»

***

Ассирийский мир

Многим наверняка хорошо знаком термин «Pax Romana». «Римский Мир» один из самых длинных периодов стабильности в Леванте. Но это период далеко не первый. Задолго до прихода римлян, в Леванте правила Ассирия. После неудачного восстания Езекии (Хезкияху), Иудея утратила большую часть своих земель и на многие столетия оказалась в вассальном положение.
Ассирия и пришедший ей на смену Вавилон сформировали административное деление в Иудее, которое просуществовало более 400 лет, вплоть до прохода к власти Макавеев. Также культура и религия Месопотамии оказала огромное влияние на иудаизм. Считается что именно под влиянием Зороастризма, евреи сформировали свой культ единого бога. Благодаря зороастризму, в иудаизм пришла философия дуализма – понятие бога и дьявола.
Во времена ассирийского правления, в Иудее формируются административные центры для сбора налогов. Один из таких центров был обнаружен Рамат Рахэль. После разрушения Первого Храма, Рамат Рахель заменила Иерусалим. В окрестностях Рамат Рахель активно развивалось сельское хозяйство. Следы земледелия времен Первого храма можно наблюдать в окрестностях Рамат Рахель и по сей день.

В один из октябрятских выходных мы направились искать то что осталось от Ассирии в окрестностях Иерусалима. И даже кое-что нашли…

Ассирийская капитель в катакомбах возле Иерусалима Такие колонны были заимствованы Ассирией в разрушенном, израильском царстве
 
Первые Ситванит- Безвременник
 
Ворота Тантуры
 
 
Экуменический институт Тантур
 
По дороге есть шанс пообщаться с местными жителями
 
Армяне собирают урожай оливок
 
В гостях у армян — Армянский монастырь возле Гило
 
Разделительная стена
 
На заднем плане 60 трасса, Квиш Хамееарот — мост через русло Нахаль Гило
 
Мост через русло Нахаль Гило
 
Кругом собирают оливки
 
 
 
 
 
Древние террасы возле Гило
 
Осень в полном разгаре
 
 
 
 
 
Спускаемся в подземелье
 
Самый длинный водозборник в Израиле. Длина туннеля более 200 метров
 
Ассирийская капитель
 
 
 
Керамика найденнная нами в катокомбах
 
 
 
Приближаемся к конечной точке нашего маршрута — Баттир
 
Баттир одна из самых живописных деревень в Палестине
 
Старый Баттир
 
Оливковое масло прямо из под пресса
 
Свежевыжатое оливковое масло имеет зеленый цвет и жутко терпкое
 
Реклама