Афанасий Фет (Шеншин), русский поэт

Фет 6 (525x699, 121Kb)

Русский поэт Афанасий Афанасьевич Фет (Шеншин) родился в селе Новоселки близ Мценска. За несколько месяцев до его рождения мать сбежала от мужа (и по всей вероятности отца поэта, Иоганна-Петера Фёта, Foeth) с российским помещиком Шеншиным, лечившимся на водах в Германии. При крещении мальчик был записан законным сыном Афанасия Неофитовича Шеншина. До четырнадцати лет он и считался таковым, но затем орловская духовная консистория сочла отцом мальчика, родившегося до брака, гессен-дармштадтского подданного Фёта, и присвоила ему отцовскую фамилию. До этих пор он учился дома, где, как он вспоминал в книге Ранние годы моей жизни, «по рукописной книге… познакомился с большинством первоклассных и второстепенных русских поэтов… и помнил стихи, наиболее мне понравившиеся»; затем был отправлен в немецкую школу-пансион в г.Верро (ныне Выру, Эстония). В 1837 приехал в Москву, полгода провел в пансионе проф. М.П.Погодина, готовясь к поступлению в университет, и в 1838 поступил на философский факультет. Фет пробыл студентом шесть лет вместо положенных четырех («вместо того, чтобы ревностно ходить на лекции, я почти ежедневно писал новые стихи»). К концу пребывания в университете поэтический талант Фета вполне сформировался: существенную роль в этом сыграл его друг, будущий поэт и критик А.Григорьев (Фет жил в их доме) и студенты его окружения (Я.Полонский, С.Соловьев, К.Кавелин и др.). Взгляды его сложились под влиянием учителя в погодинском пансионе, будущего переводчика Ч.Диккенса, впоследствии связанного с петрашевцами и молодым Н.Чернышевским, И.Введенского, которому он дал полушутливое обязательство и впредь «отвергать бытие Бога и бессмертие души человеческой». В 1840 Фету удалось выпустить за свой счет собрание стихотворных опытов под названием Лирический Пантеон А.Ф. В этих перепевах любимых стихов слышались отзвуки Е.Баратынского, И.Козлова и В.Жуковского, но более всего ощущалось подражание В.Бенедиктову. Книга удостоилась поощрительного отзыва в «Отечественных записках» и издевательского в «Библиотеке для чтения» от лица барона Брамбеуса. Пантеон никак не предвещает стихотворений того поэта, первой журнальной публикацией которого (за полной подписью) были три перевода из Г.Гейне, напечатанные в конце 1841 в погодинском «Москвитянине». В 1842–1843 там же и в «Отечественных записках» появилось восемьдесят пять его стихотворений, многие из которых вошли в хрестоматийный канон поэзии Фета (Не здесь ли ты легкою тенью, На пажитях немых, Знаю я, что ты, малютка, Печальная береза, Чудная картина, Кот поет, глаза прищуря, Шумела полночная вьюга и т.д.). Уже в 1843 В.Белинский считает нужным сообщить мимоходом, что «из живущих в Москве поэтов всех даровитее г-н Фет», стихи которого он ставит наравне с лермонтовскими. В 1845 «иностранец Афанасий Фёт», желая стать потомственным российским дворянином (на что давал право первый офицерский чин), поступил унтер-офицером в кирасирский полк, расквартированный в Херсонской губернии. Оторванный от столичной жизни и литературной среды, он почти перестает печататься – тем более, что журналы вследствие падения читательского спроса на поэзию никакого интереса к его стихам не проявляют. Получив цензурное разрешение на издание книги в 1847, Фет публикует ее лишь в 1850. В херсонские годы произошло событие, предопределившее личную жизнь Фета: погибла при пожаре (вероятно, покончила с собой) влюбленная в него и любимая им девушка-бесприданница, на которой он по своей бедностине не решился жениться. Памяти о ней посвящены шедевры любовной лирики Фета – В долгие ночи (1851), Неотразимый образ (1856), В благословенный день (1857), Старые письма (1859), В тиши и мраке таинственной ночи (1864), Alter ego (1878), Ты отстрадала, я еще страдаю (1878), Страницы милые опять персты раскрыли (1884), Солнца луч промеж лип (1885), Долго снились мне вопли рыданий твоих (1886), Нет, я не изменил. До старости глубокой… (1887). В 1853 Фет перешел в гвардейский уланский полк, расквартированный близ Волхова; в Крымскую кампанию находился в составе войск, охранявших Эстляндское побережье. Получив возможность бывать в Санкт-Петербурге, Фет сблизился с новой редакцией «Современника» – Н.Некрасовым, И.Тургеневым, А.Дружининым, В.Боткиным. Полузабытое имя Фета появляется в статьях, обзорах, хронике ведущего российского журнала, с 1854 там широко печатаются его стихи. Тургенев стал его литературным наставником и редактором. Он подготовил опубликованное в 1856 новое издание стихотворений Фета, причем около половины стихов, составлявших собрание 1850, были отсеяны, а две трети оставшихся подверглись переработке. Впоследствии Фет заявил, что «издание из-под редакции Тургенева вышло настолько же очищенным, насколько и изувеченным», однако никакой попытки вернуться к забракованным текстам и вариантам не сделал. Собрание это составило первый том издания 1863, во второй вошли переводы. В 1856 Фет оставил военную службу, не выслужив дворянства; в 1857 в Париже женился по расчету на М.П.Боткиной; в 1860 обзавелся поместьем в родном Мценском уезде, «сделался агрономом-хозяином до отчаянности» (Тургенев) и с 1862 стал регулярно печатать в реакционном «Русском вестнике» очерки, обличавшие пореформенные порядки на селе с позиций помещика-землевладельца. В 1867–1877 Фет ревностно исполнял обязанности мирового судьи. В 1873 ему была дарована фамилия Шеншин и потомственное дворянство. Революционная демократия и народничество вызывали у него ужас и омерзение, о романе Чернышевского Что делать? он написал столь резкую статью, что даже «Русский вестник» не рискнул ее напечатать. В 1872 Тургенев, разрывая с ним отношения (впоследствии кое-как восстановленные), пишет: «Вы нанюхались катковского прелого духа». В 1860–1870-х годах единственным близким другом Фета из числа былого «литературного ареопага» остается Л.Н.Толстой – они дружат семьями, часто видятся и переписываются. Фет снова становится полузабытым поэтом и никак о себе не напоминает, на досуге занимается преимущественно философией. В литературу возвращается лишь в 1880-х годах, разбогатев и купив в 1881 особняк в Москве. Возобновляется его дружба молодости с Я.П.Полонским, он сближается с критиком Н.Н.Страховым и философом В.С.Соловьевым. В 1881 выходит его перевод главного труда Шопенгауэра Мир как воля и представление, в 1882 – перевод первой части Фауста И.В.Гёте, в 1888 – второй части. После долгого перерыва снова пишутся стихи, они публикуются не по журналам, а выпусками под названием Вечерние огни (I – 1883; II – 1885; III – 1888; IV – 1891) тиражами в несколько сот экземпляров. В 1883 издается его стихотворный перевод всех сочинений Горация – труд, начатый еще на студенческой скамье. Другие римские классики переводились им чересчур поспешно и порой небрежно: в последние семь лет жизни Фета вышли Сатиры Ювенала, Стихотворения Катулла, Элегии Тибулла, Превращения и Скорби Овидия, Элегии Проперция, Энеида Вергилия, Сатиры Персия, Горшок Плавта, Эпиграммы Марциала. Кроме античных поэтов, Фет переводил также поэмы Гёте (Герман и Доротея), Фр.Шиллера (Семела), А.Мюссе (Дюпон и Дюран) и, разумеется, своего любимого Гейне. В 1890 появились два тома мемуаров Мои воспоминания; третий, Ранние годы моей жизни, был опубликован посмертно, в 1893. Итоговым для его творчества должно было стать издание, подготовленное им в год смерти, включавшее разделы стихотворений, поэм и переводов; стихотворения группировались по смешанному тематически-жанровому признаку. Отчасти его план был учтен в подготовленном Н.Н.Страховым и «К.Р.» (великим князем Константином Константиновичем) двухтомном собрании 1894 Лирические стихотворения А.Фета с биографическим очерком К.Р., отчасти в трехтомнике Полное собрание стихотворений А.А.Фета (1901), в полной же мере – во втором издании большой серии «Библиотеки поэта» (1959). Творчество Фета получило достойную оценку еще при жизни поэта в статье Соловьева О лирической поэзии (1890). Соловьев считал программными для Фета его собственные строки: «…крылатый слова звук /Хватает за душу и закрепляет вдруг /И темный бред души, и трав неясный запах». Сам же он считал, что в поразительном образно-ритмическом богатстве поэзии Фета «открывается общий смысл вселенной»: «с внешней своей стороны, как красота природы, и с внутренней, как любовь». Лирика Фета, романтическая по своим истокам («к упоению Байроном и Лермонтовым присоединилось страшное увлечение стихами Гейне», – писал Фет), явилась своеобразным преодолением романтического субъективизма, претворением его в поэтическую одушевленность, особого рода чуткость мировосприятия. Исследователь творчества Фета Б.Я.Бухштаб характеризует его пафос как «упоение природой, любовью, искусством, воспоминаниями, мечтами» и считает его «как бы связующим звеном между поэзией Жуковского и Блока», при этом отмечая близость позднего Фета к тютчевской традиции. Умер Фет в Москве 3 декабря 1892 года. Будучи одним из самых утончённых лириков, Фет поражал современников тем, что это не мешало ему одновременно быть чрезвычайно деловитым, предприимчивым и успешным помещиком. Творчество Фета характеризуется стремлением уйти от повседневной действительности в «светлое царство мечты». Основное содержание его поэзии — любовь и природа. Стихотворения его отличаются тонкостью поэтического настроения и большим художественным мастерством. Фет — представитель так называемой чистой поэзии. В связи с этим на протяжении всей жизни он спорил с Н.А.Некрасовым — представителем социальной поэзии. Особенность поэтики Фета — разговор о самом важном ограничивается прозрачным намёком. Самый яркий пример — стихотворение «Шёпот, робкое дыханье…».
Шёпот, робкое дыханье,
Трели соловья
Серебро и колыханье
Сонного ручья
Свет ночной, ночные тени
Тени без конца,
Ряд волшебных изменений
Милого лица,
В дымных тучках пурпур розы,
Отблеск янтаря,
И лобзания, и слёзы,
И заря, заря!..
В этом стихотворении нет ни одного глагола, однако статичное описание пространства передает само движение времени. Стихотворение принадлежит к числу лучших поэтических произведений лирического жанра. Впервые опубликовано в журнале «Москвитянин» (1850 год), потом переработано и в окончательном варианте, спустя шесть лет, в сборнике «Стихотворения А.А.Фета» (издан под редакцией И.С.Тургенева). Написано разностопным хореем с женской и мужской перекрёстной рифмой (достаточно редким для русской классической традиции размером). Как минимум, трижды становилось объектом литературоведческого анализа. Переводы: обе части «Фауста» Гёте (1882—1883), целый ряд латинских поэтов: Горация, все произведения которого в фетовском переводе вышли в 1883 г.; сатиры Ювенала (1885); стихотворения Катулла (1886); элегии Тибулла (1886); XV книг «Превращений» Овидия (1887); «Энеида» Вергилия (1888); элегии Проперция (1888); сатиры Персия (1889) и эпиграммы Марциала (1891). В планах Фета был перевод «Критики чистого разума», однако Н.Страхов отговорил Фета переводить эту книгу Канта, указав, что русский перевод этой книги уже существует. После этого Фет обратился к переводу Шопенгауэра. Он перевел два сочинения Шопенгауэра: «Мир, как воля и представление» (1880, 2-е издание в 1888 г.) и «О четверояком корне закона достаточного основания» (1886). Издания: Фет А.А. Стихотворения и поэмы / Вступительная статья, составление и примечания Б.Я.Бухштаба. — Ленинград: Советский писатель, 1986. — 752 страницы. (Библиотека поэта. Большая серия. Издание третье.); Фет А.А. Собрание сочинений и писем в 20-ти томах. — Курск: Издательство Курского государственного университета, 2003—… (издание продолжается). Литература: Благой Д.Д. Мир как красота (О «Вечерних огнях» А.Фета) // Фет А.А. Вечерние огни. — Москва, 1981 (серия «Литературные памятники»); Бухштаб Б.Я. А.А.Фет. Очерк жизни и творчества. — Издание 2-е — Ленинград, 1990; Лотман Л.М. А.А.Фет // История русской литературы. В 4-х томах. — Том 3. — Ленинград.: Наука, 1980; Эйхенбаум Б.М. Фет // Эйхенбаум Б.М. О поэзии. — Ленинград, 1969.

liveinternet.ru/kakula/

 

Портрет работы И.Е. Репина (1882)

Афанасий Афанасьевич Фет (23.11.1820-21.11.1892), русский поэт. Отцом его был немец Иоганн-Питер-Карл-Вильгельм Фёт (Föth), асессор городского суда Дармштадта. Мать Шарлотта-Елизавета Беккер лишь около года прожила в браке с мужем. Она, будучи беременной от него (это подтверждается ее письмами первому мужу и родственникам), увлеклась бывшим в Германии на лечении 45-летним русским дворянином, ротмистром Афанасием Шеншиным и в сентябре 1820 г. уехала с ним в Россию.

Сын ее родился в с. Новоселки Орловской губернии, был крещен по православному обряду, назван Афанасием, в метрической книге записан сыном помещика Афанасия Неофитовича Шеншина. В сентябре 1822 г. Шеншин венчался с Шарлоттой Беккер, которая перед венчанием приняла православие и стала называться Елизаветой Петровной Фет.

В 1834 г., когда Афанасию Шеншину было 14 лет, обнаружилась некая «ошибка» в документах (отсутствие официального усыновления), мальчик был лишен фамилии, дворянства и русского подданства и стал «гессендармштадтским подданным Афанасием Фетом». Это стало для него душевной травмой, так как он считал себя сыном Шеншина, а не Фетом. Лишь в 1873 г. ему удалось официально взять себе фамилию Шеншин, но литературные произведения он продолжал подписывать фамилией Фет, поскольку уже приобрел известность с этим именем.

В 1834–1837 гг. Фет учился в немецкой школе-пансионе в г. Верро (ныне Выру, Эстония), затем на словесном отделении философского факультета Московского университета (окончил в 1844 г.), где сблизился с литераторами А.А. Григорьевым, Я.П. Полонским. В этот же период стал писать и публиковать свои стихи.

Первый поэтический сборник Фета «Лирический пантеон» был опубликован в 1840 г. при участии Григорьева. В 1842 г. последовали публикации в журналах «Москвитянин» и «Отечественные записки». В 1845 г., желая выслужить дворянство, Фет поступает на военную службу в кирасирский полк и через год получает первое офицерского звание.

В 1850 г. выходит второй сборник стихов, встретивший положительные отзывы критиков. 1853 г. Фета переводят в гвардейский полк, расквартированный под С.-Петербургом. Поэт часто бывает в столице и знакомится с И.С. Тургеневым, Н.А. Некрасовым, И.А. Гончаровым и др. Сближается с редакцией журнала «Современник». При их содействии в 1856 г. появляется третий сборник Фета (под редакцией Тургенева).

Женившись в 1857 г. на М.П. Боткиной, поэт уходит в отставку в чине гвардейского штаб-ротмистра и становится успешным помещиком. Он перестает печататься, а в 1859 г. прекращает отношения и с журналом «Современник». Этого не меняет даже выход двухтомного собрания стихотворений Фета в 1863 г. В 1867 г. Фета избирают мировым судьей на 11 лет. В 1873 г. ему возвращено дворянство и фамилия Шеншин.

В годы поэтического молчания Фета о его интересах свидетельствуют переведенные им на русский язык произведения Горация, Овидия, Гёте («Фауст»), философские трактаты Шопенгауэра. Только на склоне жизни Фет вернулся к поэтическому творчеству, выпустил 4 сборника стихов под общим названием «Вечерние огни» (1883, 1885, 1888, 1891). Написал также мемуары «Мои воспоминания» и «Ранние годы моей жизни».

Романтическая поэзия Фета аполитична и чужда интересам общественной жизни того времени (об этом он постоянно спорил с Некрасовым). Фет остро чувствует и необычно «музыкально» отражает в своих стихах токи бытия в русской природе, в которых отражается и «пейзаж» многоплановой русской души. В этом главная сила гармоничной поэзии урожденного немца по крови, ставшего выдающимся русским поэтом.

Фет скончался в Москве от сердечного приступа 21 ноября 1892 г. Похоронен в селе Клейменово, родовом имении Шеншиных.

ИЗ СТИХОТВОРЕНИЙ А.А. ФЕТА

Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина,
Полная луна,

Свет небес высоких,
И блестящий снег,
И саней далеких
Одинокий бег.

+ + +

Какая ночь! На всём какая нега!
Благодарю, родной полночный край!
Из царства льдов, из царства вьюг и снега
Как свеж и чист твой вылетает май!

Какая ночь! Все звёзды до единой
Тепло и кротко в душу смотрят вновь,
И в воздухе за песнью соловьиной
Разносится тревога и любовь.

Берёзы ждут. Их лист полупрозрачный
Застенчиво манит и тешит взор.
Они дрожат. Так деве новобрачной
И радостен и чужд её убор.

Нет, никогда нежней и безтелесней
Твой лик, о ночь, не мог меня томить!
Опять к тебе иду с невольной песней,
Невольной – и последней, может быть.

+ + +

Не тем, Господь, могуч, непостижим
Ты пред моим мятущимся сознаньем,
Что в звездный день твой светлый Серафим
Громадный шар зажег над мiрозданьем.
И мертвецу с пылающим лицом
Он повелел блюсти Твои законы,
Все пробуждать живительным лучом,
Храня свой пыл столетий миллионы;
Нет, Ты могуч и мне непостижим
Тем, что я сам, безсильный и мгновенный,
Ношу в груди, как оный Серафим,
Огонь сильней и ярче всей вселенной,
Меж тем, как я, добыча суеты,
Игралище ее непостоянства,
Во мне он вечен, вездесущ, как Ты,
Ни времени не знает, ни пространства.

+ + +

Чем доле я живу, чем больше пережил,
Чем повелительней стесняю сердца пыл,
Тем для меня ясней, что не было от века
Слов, озаряющих светлее человека.
Всеобщий наш Отец, Который в небесах,
Да свято имя мы Твое блюдем в сердцах,
Да приидет царствие Твое, да будет воля
Твоя, как в небесах, так и в земной юдоли.
Пошли и ныне хлеб насущный от трудов,
Прости нам долг: и мы прощаем должников,
И не введи Ты нас, безсильных, в искушенье,
И от лукавого избави самомненья.

rusidea.org

Реклама