Русско-турецкая война 1877-1878 гг. за освобождение балканских славян

1. Дипломатическая подготовка русско-турецкой войны

С точки зрения міровой политики, русско-турецкая война 1877–1878 гг. является кульминацией так называемого «восточного вопроса» (глядя из Европы). Завоевав Малую Азию и сокрушив православный Второй Рим (Константинополь), турки готовились к завоеванию Западной Европы. Уже в XIV веке они овладели Балканским полуостром. Борьба православных греков, румын, сербов, черногорцев и болгар против турецкого ига началась со времени завоевания и продолжалась до ХХ столетия. В XIX веке начался мощный подъем национально-освободительного движения всех христианских народов Балканского полуострова, завоеванных и угнетенных турками.

С другой стороны, оккупационная турецкая империя начала переживать упадок. Нескончаемые войны в ее истории – с Австро-Венгерской империей, папским престолом, Венецией, а позже с мощным Русским государством, особенно усилившиеся в XVIII и XIX веках, немало способствовали упадку когда-то грозной для Европы Оттоманской империи. В свою очередь, исторический процесс разложения Оттоманской империи, превратившейся по удачному выражению Императора Николая I в «больного человека», усилил соперничество между великими странами за раздел наследства умирающей султанской державы.

Крымская война 1854-1856 гг. – результат этого соперничества между Россией и западными державами, цель которых была урвать себе часть турецких территорий и, конечно, остановить Российскую империю в ее продвижении к проливам и Средиземному морю. Со времени трудного для России Парижского мира 1856 г. прошло 20 лет. Россия окрепла и не могла больше мириться с теми унизительными условиями. Перед русской дипломатией стояла почти неразрешимая задача: с одной стороны, назревавшая война с Турцией должна была восстановить утерянный міровой престиж России после Крымской войны, с другой – продвинуть Россию к проливам и к Средиземному морю, создав в этом районе міра вместо враждебной Турции братское по крови и по вере южнославянское государство – Болгарию, восстановив ее в этнических границах, то есть Болгарию, которая при Симеоне Великом в Х веке и при Иване-Асене II в XIII веке – простиралась от Дуная на севере до Эгейского моря на юге и от Черного моря на востоке до Адриатического моря на западе.

Однако России при этом надо было действовать очень внимательно, чтобы избежать второй войны с западными державами: с Англией (где премьер Дизраэли был очень антирусских взглядов), Австро-Венгрией Императора Франца-Иосифа и его канцлера графа Д. Андраши, с Германией императора Вильгельма I и канцлера Бисмарка, к которым опять бы присоединились Италия и ставшая республикой Франция… Всю внешнюю политику направлял сам Император Александр II со своими блестящими сотрудниками: престарелым канцлером князем А.М. Горчаковым, посланником в Константинополе графом Н.П. Игнатьевым и посланником в Лондоне графом П. Шуваловым. Русские дипломаты если и не смогли выполнить полностью труднейшую задачу, то все же достигли немалых результатов.

Летом 1875 г. вспыхнуло антитурецкое восстание в Боснии и Герцеговине, которое всеми силами поддержали Сербия и Черногория, сочувствуя своим единоплеменным братьям. В восстании участвовали также 5 тысяч русских добровольцев и столько же добровольцев-болгар под командой русских офицеров или болгар – офицеров на русской службе. Канцлер Австро-Венгрии граф Д. Андраши, поддерживаемый Германией и Англией, внимательно следил за событиями, так как Австро-Венгрия надеялась присоединить эти славянские земли, отторгнув от Турции. Андраши особенно безпокоило, что главнокомандующим сербской армии был назначен русский генерал М.Г. Черняев – герой присоединения Туркестана.

Западные силы, озадаченные русским участием в восстании Боснии и Герцеговины, возложили на Канцлера Андраши задачу представить план реформ в пользу христианских народов Оттоманской империи, однако, не нарушая территориальной целостности Турции. Россия, хотя и против своей воли, должна была присоединиться к этому плану западных держав. Однако турки успели подавить восстание в Боснии и Герцеговине, и только вмешательство русской дипломатии спасло сербов и восставшие провинции от полного разгрома. В мае 1876 г. в Берлине состоялась конференция Горчакова, Андраши и Бисмарка, на которой по поручению русского Царя Горчаков предложил проект автономии подвластных Турции христианских народов и в первую очередь Болгарии. Однако под давлением Бисмарка и Андраши Горчакову пришлось переработать свой проект и вернуться к плану Андраши, обезпечивающему религиозные и политические права христианского населения. Но Англия отказалась принять Берлинский меморандум под предлогом, что новая конституция, недавно дарованная турецким султаном, достаточно обезпечивала эти права.

В это время в болгарских землях вспыхнуло так называемое Апрельское восстание 1876 г. – самое значительное общенародное восстание болгар против турецкого ига. Оно было подавлено турками – регулярной армией и так называемыми «башибузуками», то есть бежавшими в Турцию из занятых Россией кавказских областей фанатиками-мусульманами, главным образом черкесами, которые жестоко истребляли гражданское население восставших болгарских сел, включая стариков, женщин и детей. По данным самих турок, во время Апрельского восстания было убито более 30 тысяч человек. (Тогда же турки устроили первую волну резни армян, пожелавших автономии.) Как и следовало ожидать, Апрельское восстание нашло самый живой отклик в братской России. Уже в конце апреля об этом заговорила вся русская пресса. Русские газеты и журналы подробно освещали ход восстания и возмущенно сообщали о турецких зверствах. Комитеты, организованные славянофилами, печатали воззвание за воззванием по всей России, собирая помощь в поддержку болгар.

За вмешательство России выступали такие известные деятели культуры как Ф.М. Достоевский, И.С. Аксаков, И.С. Тургенев, великий химикД.И. Менделеев. Также и многие видные христианские писатели на Западе возмущались зверствами турок. Все эти авторитетные голоса всколыхнули общественное мнение и заставили западные державы пойти на уступки России в болгарском вопросе.

Первым весьма значительным успехом русского Императора было его личное послание молодому австро-венгерскому императору Францу-Иосифу с предложением переговоров. Франц-Иосиф немедленно пригласил Императора Александра II на секретную конференцию в замок Рейхштад в Чехии. 26 июня 1876 г. оба Государя со своими канцлерами князем Горчаковым и графом Андраши пришли к тайному соглашению, сделав друг другу взаимные уступки. В силу этого соглашения, в случае турецкой победы над сербами, они договорились предъявить туркам ультиматум о восстановлении “status quo”. В случае же турецкого поражения, Австро-Венгрия получала большую часть Боснии и Герцеговины, а Россия юго-западную Бесарабию, потерянную ею после Парижского мира 1856 г., и Батум. Однако самую большую уступку Император Александр был вынужден сделать в отношении Болгарии: создание двух отдельных болгарских государств – Болгарии с центром в Софии, под австрийским влиянием, и Восточной Румелии, под эгидой России. Скрепя сердце русский Император принял это предложение – во имя всего соглашения в целом (официально утверждено в январе 1877 г.).

Тем временем турки разгромили сербское восстание в Боснии и Герцеговине. По договоренности с Австро-Венгрией, Россия после частичной мобилизации предъявила Турции ультиматум, требуя заключить перемирие с Сербией. Ультиматум этот был принят Турцией. По инициативе России, 11 декабря в Константинополе была созвана конференция послов великих держав. Конференция предложила Турции предоставить немедленно автономию Боснии, Герцеговине и Болгарии. Под давлением Англии Турция отвергла это требование. 19 марта 1877 г., опять по инициативе Александра II, был подписан протокол шести европейских держав, вновь настаивающих на реформах в славянских областях. Правительство Мимтхад-паши отвергло и этот меморандум под старым предлогом, что новая конституция, только что дарованная султаном, предоставляет славянским и другим христианским поданным султана все эти права… 4 апреля 1877 г. Россия подписала с Румынией секретную конвенцию о пропуске русских войск через ее территорию. Объявление войны стало вопросом дней…

2. Начало военных действий

7 апреля русский посол в Константинополе граф Игнатьев сообщил Турции, что «Его Величество Всероссийский Император решил постигнуть силою то, что не могло быть достигнуто общими усилиями Великих сил…» – и вернулся в С.-Петербург. 12 апреля канцлер князь Горчаков вызвал к себе турецкого поверенного в делах и вручил ему ноту, которой Россия объявляла войну Турции. В тот же день Император Александр подписал манифест об объявлении войны. В Кишиневе, где находилась ставка русского командования, Царь принял торжественный парад войск. Объявление войны было встречено с небывалым энтузиазмом всем русским народом и с великой радостью всеми славянскими народами, конечно, прежде всего, болгарами.

Русские войска насчитывали 48 пехотных дивизий, 19 дивизий кавалерии, 52 артиллерийские бригады и 5 бригад инженерных войск. Таким образом, на Дунае Россия располагала армией в 193.000 человек. Имелась, кроме того, армия в 72.000 человек, охраняющая берега Черного моря, и еще резервная армия в 73.000 человек, расквартированная в Киевской губернии и готовая в любой момент начать боевые действия. Кроме того, для предотвращения турецкой диверсии на азиатской границе на Кавказе была сосредоточена внушительная армия в 122.000 человек.

Однако нельзя забывать, что в результате Крымской войны и по условиям Парижского мира 1856 г. Россия потеряла Черноморский флот, столько раз громивший турок. Турецкий же флот, созданный европейскими морскими специалистами, насчитывал 22 броненосца, 82 других крупных военных корабля с 763 орудиями и 15.000 офицеров и матросов. Именно это обстоятельство заставило русский штаб не только держать внушительные резервы вдоль морских берегов, но и планировать все основные боевые действия не на море, а на суше, то есть разработать план похода через Румынию и Болгарию с преодолением высоких Балканских гор, почти непроходимых зимой, да и летом весьма трудных для переброски тяжелых артиллерийских орудий. При этом приходилось учитывать полное отсутствие дорог по всей Болгарии (что турки поддерживали намеренно).

Турция против России выставила значительную армию – 494.400 человек, вооруженную современным немецким, английским и даже американским оружием. Это оружие, купленное на полученные в Англии и других странах Запада щедрые займы, было лучше русского.

14-15 июня 1877 г. русские войска успешно переправились через Дунай и 25 июня заняли первый болгарский город – Свиштов. В операции участвовала также 50-тысячная румынская армия и свыше 5.000 болгарских добровольцев, число которых в ходе компании постоянно увеличивалось. Передовой отряд генерала Гурко, разбив турецкую армию Реуф-паши, взял город Тырново и овладел тремя горными перевалами Старой Платины. Гурко взял затем болгарские города Казанлык, Новую Загору, Старую Загору и Калофер. 3 июля на севере Болгарии русские взяли Никополь и подошли к сильнейшей турецкой крепости в этой части страны – городу Плевне. Действия под Плевной затянулись с переменным успехом до 28 ноября и сопровождались тяжелыми потерями с обеих сторон.

Тем временем 45-тысячная армия Сулейман-паши, действующая в Южной Болгарии, пользуясь занятостью русских в боях с армией Осман-паши при Плевне и невозможностью послать подкрепления передовой армии Гурко, использовав свое значительное численное превосходство, напала на армию Гурко и сумела отбить взятые ею города. Русские вынуждены были отступить к Шипкинскому перевалу. С ними ушло почти все болгарское население, оставив свои дома и имущество на разграбление туркам, которые зверски избивали оставшихся жителей-болгар. Русские солдаты и болгарские ополченцы героически сражались и, отступая, наносили при рукопашных боях значительные потери врагу.

Цель Сулеймана-паши была прорваться со своей армией через Шипкинский перевал и прийти на помощь Осман-паше в осажденной Плевне, окруженной со всех сторон русскими и румынскими войсками. Он знал, что лишь это спасет Турцию от разгрома и обезпечит победу. 9 августа Сулейман-паша подошел с оставшейся у него 27-тысячной армией к Шипкинскому перевалу, который защищал генерал Столетов со своим отрядом в 6000 человек, среди которых были и изнуренные боями болгарские ополченские дружины. Четыре дня и ночи геройски отбивали они совместно натиск турок, так и не дав Сулейман-паше взять Шипку и соединиться с Осман-пашей. Подвиг этих храбрецов решил исход войны, потому слово Шипка стало знаменитым в руско-болгарских братских отношениях.

Утром 28 ноября 1877 г. армия Осман-паши в Плевне сделала последнюю попытку прорвать русское окружение, но была принуждена капитулировать и сдать Плевну. Тем не менее, по личному приказу Императора Александра I генерал Гурко за проявленную турками храбрость и отвагу в боях вернул саблю раненому турецкому генералу…

3. Сан-Стефанский мир и Берлинский Конгресс

28 декабря русский главнокомандующий Великий Князь Николай Николаевич получил телеграмму от турецкого военного министра о том, что султан Абдул-Гамид посылает своих представителей с предложением немедленно начать переговоры о перемирии. В это время другая русская армия под командой генерала Гурко, освободив Софию, подходила к Пловдиву. Николай Николаевич не спешил принимать Намик-пашу и Сервер-пашу, уже прибывших в русскую ставку, и султан Абдул-Гамид лично обратился к Императору Александру II, настаивая на спешном начале переговоров. 9 января 1878 г. русские без боя вошли в Адрианополь, куда прибыл и главнокомандующий со своим штабом.

Теперь, когда дорога к турецкой столице была открыта, Николай Николаевич принял турецких посланцев. Великий Князь продиктовал им свои условия перемирия: немедлеенное предоставление автономии Болгарии, Боснии и Герцеговины, полной независимости Румынии и Сербии, громадных военных контрибуций не только для России, но и для союзной Румынии. Турецкие парламентеры старались смягчить условия перемирия, особенно протестуя против автономии Болгарии, говоря, что это означает полный распад Оттоманской империи. Они предлагали принять предложенный им в 1877 г. меморандум Лондонской конференции, который тогда так высокомерно отвергли. Однако Великий Князь отказался внести какие-либо изменения в условия перемирия.

18 января турецкие парламентеры снова явились к Великому Князю, настоятельно предлагая отодвинуть демаркационную линию на более значительное расстояние от Константинополя. Однако, русский главнокомандующий, наоборот, вместо этого перенес свою ставку в Сан-Стефано, расположенное в 13 километрах от турецкой столицы. На вопрос Николая Николаевича, следует ли в случае турецкого упорства занять Константинополь, Император ответил утвердительно, однако дал инструкцию не входить в споры с представителями западных держав, особенно с Англией и Австро-Венгрией. Русский посол в Лондоне граф П. Шувалов уже уведомил Царя о воинственных планах лорда Дизраэли-Биконсфильда.

3 февраля британская эскадра бросила якоря перед Принцевыми островами под предлогом защиты христианского населения Константинополя в случае эксцессов. Посол Австро-Венгрии в С.-Петербурге протестовал против приближения русских войск к Константинополю, а английский посол заявил канцлеру Горчакову, что даже временная оккупация Константинополя русскими приведет к немедленному разрыву дипломатических отношений и к мобилизации в Англии. Германский император Вильгельм, родной дядя по матери Императора Александра, советовал племяннику проявлять умеренность и предлагал свои услуги для созыва специального конгресса в Берлине. Император Александр II, однако, не поддался нажиму и целиком склонялся к проекту мирного договора, представленного ему графом Н.П. Игнатьевым. Главным в этом проекте была полная автономия Болгарии, хотя и с перспективой ее раздела на две части в силу тайного соглашения России с Австро-Венгрией 1876 года.

Начались официальные переговоры русских с турками в Сан-Стефано. Под влиянием антирусских настроений западных великих держав, турецкие делегаты, которые начали, было проявлять известную уступчивость, снова стали оспаривать русские предложения. 18 февраля, во время прений, в зал заседаний вошел сам Великий Князь. Он повысил тон и заявил туркам, что если они будут продолжать упорствовать и отказываться подписать мир, он будет вынужден занять турецкую столицу в тот же день. Турецкие делегаты пошли на уступки. Граф Игнатьев считал, что настало время создания мощного славянского государства на Балканском полуострове и что Европа уступит в болгарском вопросе, который, в сущности, был русским вопросом.

19 февраля 1878 г. в Сан-Стефано был подписан мир с Турцией. Помимо автономии Боснии и Герцеговины, создавалась объединенная автономная Болгария, включающая почти все земли Оттоманской империи, на которых жили болгары, говорящие на болгарском языке и с 1870 г. входящие в юрисдикцию болгарского экзарха. По Сан-Стефанскому договору в Болгарию входили Северная и Южная Болгария, Добруджа, значительная часть Фракии и почти вся Македония. Можно себе представить ликование болгарского народа, освобожденного ценой братской русской крови после пяти веков мусульманского ига…

Однако, Англия вручила России ноту, в которой говорилось, что новый договор должен оставаться в рамках Парижского мира 1856 г. и Лондонского договора 1877 г. Австро-Венгрия же считала, что Сан-Стефанский договор нарушает соглашение, достигнутое в Рейхштаде между Франц-Иосифом и Императором Александром. По настоянию германского канцлера Бисмарка Россия, не желая новой войны с Западом, согласилась на пересмотр Сан-Стефанского мира и на созыв Берлинского конгресса великих держав с участием Турции в Берлине, он прошел с 13 июня по 13 июля 1878 г.

В его итоге объединенная в своих этнических границах Сан-Стефанским миром Болгария была ликвидирована. Вместо нее создавались две искусственные политические формации: Северная Болгария со столицей Софией и Южная Болгария со столицей Пловдивом. Северная Болгария становилась свободным княжеством, находящимся под номинальной зависимостью от турецкого султана и платящим ежегодный налог Турции. В нем должен был избираться князь и парламент по бельгийскому образцу. Южная же Болгария, под именем Восточной Румелии, хотя и получала известную автономию, оставалась провинцией Оттоманской империи, управляемой назначавшимся султаном губернатором-христианином и местным народным представительством. Македония оставалась по-прежнему турецкой губернией. Австрия получала право на оккупацию Боснии и Герцеговины, и от Болгарии были вновь отторгнуты западные болгарские земли, переданные в виде компенсации Сербии. Конгресс решил также, что Румыния присоединит болгарскую провинцию Добруджу, взамен Бесарабии, аннексированной Россией.

Правда, Россия получила компенсацию на Кавказе: Карс, Батум и Ардаган, со всеми их провинциями – важнейшие стратегические области.

Так закончилась русско-турецкая война 1877-1878 гг. И надо сказать, что, несмотря на все несправедливости решений Берлинского конгресса, что вызвало разочарование в русском обществе, русская братская жертвенность и кровь доблестных русских воинов стали основой грядущего болгарского освобождения. В 1878 г. в болгары воздвигли в Софии памятник русским воинам с надписью: «Царю-Освободителю Александру Николаевичу. Волею и любовью Его Освобождена Болгария».

Академик Всеволод Николаев (с сокращениями)


Оборона Шипкинского перевала


Храм Рождества Христова на Шипкинском перевале


О герое этой войны «белом генерале» М.Д. Скобелеве,  под командованием которого была одержана блестящая победа под Ловчей, осуществлены два штурма Плевны, зимний переход через Балканский хребет, бой под Шейновом и занятие Сан-Стефано под Стамбулом.

Михаил Дмитриевич Скобелев (17.09.1843–25.06.1882) родился г. в семье семье генерал-лейтенанта. Образование получил дома и в пансионе Жирарде в Париже, прекрасно изучив несколько европейских языков. В 1861 г. сдал экзамены в Петербургский университет, но его закрытие в связи со студенческими волнениями заставило Скобелева обратиться к родительской профессии и пойти на военную службу в Кавалергардский полк. Это с самого начала оказалось его жизненным призванием на службе Отечеству. Отправившись в отпуск к отцу, жившему в Польше, Скобелев по собственной воле участвовал в подавлении восстания 1863 г.

В 1868 г. окончил Академию Генштаба и был направлен в заграничную командировку для изучения постановки военного дела в западноевропейских странах.  Затем отправился в Туркестанский военный округ, при­нимал участие в Хивинском походе (1873) и присоединении Кокандского ханства. С образованием Ферганской области Скобелев был назначен военным губернатором и командующим войсками. За 8 лет военной службы в Средней Азии Скобелев сделал блестящую карьеру, став генерал-майором и получив в награду золотое оружие, ордена св. Георгия 4-й и 3-й степени.

Во время русско-турецкой войны 1877–1878 гг. проявил себя выдающимся полководцем, выиграв ряд решающих сражений. Отличался большой личной храбростью, за что пользовался необычайной популярностью не только среди солдат и офицеров, но и вообще в России. Солдаты называли Скобелева «белым генералом» за то, что он безстрашно выезжал на белом коне, в белом кителе и белой фуражке, представляя отличную цель для противника – но ни разу пули и снаряды в него не попали. Под его командованием была одержана блестящая победа под Ловчей, осуществлен штурм Плевны, зимний переход через Балканский хребет, бой под Шейновом и занятие Сан-Стефано подКонстантинополем, поставившее победную точку в военных действиях. Возвращению православным Царьграда помешала лишь антирусская политика западных «христианских» государств.

Скобелев получил в этой войне чин генерал-лейтенанта и приобрел военную славу не только в России. Овобожденные от турецкого владычества славяне считали его своим национальным героем, называли его именем улицы, площади и парки во многих городах. Генерал поощрял славянофильские взгляды, мечтая об объединении славянских государств под покровительством России как оплота славянского міра.

В 1880-1881 гг. руководил Ахалтекинской экспедицией, в результате которой была присоединена к России Туркмения. За эту победу Скобелев был произведен в генералы от инфантерии и получил орден св. Георгия 2-й степени.

Скончался леген­дарный генерал внезапно от сердечного приступа, не дожив до 40 лет. До сих пор неясны обстоятельства его смерти в столь раннем возрасте.

Через 30 лет после кончины Скобелева 24 июня 1912 г. в Москве перед домом градоначальника на Тверской площади был установлен памятник «Белому Генералу» (снесен большевиками в числе первых 1 мая 1918 г.).

rusidea.org

 

О завоевании Россией турецкого Карса в войне 1877–1878 годов

Павел Котляр (Ереван)
Гравюра «Генерал Тергукасовъ говорит съ солдатами передъ выручкой Баязетцевъ»Wikimedia Commons

Гравюра «Генерал Тергукасовъ говорит съ солдатами передъ выручкой Баязетцевъ»

Какие земли отвоевала Россия у Турции в войне 1877–1878 годов, какие кавказские народы воевали вместе с русскими и почему с территориальными трофеями в итоге пришлось расстаться

— Обнаружение останков русского офицера в турецком Ардагане в апреле этого года заставило вспомнить о почти уже забытой войне 1877–1978 годов, начавшейся 140 лет назад. Каковы были цели той войны?

 

— После Крымской войны Россия ставила перед собой задачу вернуть военно-морской флот на Черное море и восстановить свое влияние на Балканах. Целый ряд событий способствовал тому, что Россия оказалась вовлеченной в эту войну.

В первую очередь, это, конечно, политика турецких властей на Балканах.

Примечательно в связи с этим, что знаменитый лидер либеральной партии в 1868–1894 годах, четырежды становившийся премьер-министром Великобритании, сэр Уильям Гладстон считал, что Россия оказала славянским народам «услуги столь величественные и основательные, какие когда-либо великая держава оказывала угнетенному народу».

— Какова была численность русских войск на Кавказе и сколько народов принимало участие в походе на нашей стороне?

— В эту войну под ружье встало до 40 тыс. жителей края, что сопоставимо с силами главного корпуса на начальном этапе войны. Историк Ш.В. Мегрелидзе, автор монографии «Вопросы Закавказья в истории русско-турецкой войны», указывал, что тем или иным образом из числа жителей Кавказа в войне принимало участие до 500 тыс. человек. Именно единство армии и народа явилось залогом грядущей победы.

Действующий корпус, который переходил границу по трем направлениям, состоял из трех отрядов — Ахалцихского, Александропольского и Эриваньского. Они составляли 65 тыс. человек при 189 орудиях. При этом с турецкой стороны в Анатолии было 60 тыс. человек при 96 орудиях, не считая крепостных пушек.

Война на Малоазиатском театре непосредственно затрагивала интересы армян, которые проявили исключительную активность на всех этапах войны. Это и руководство крупными армейскими соединениями, и добровольческое движение, в котором участвовали жители Восточной Армении, и та деятельная поддержка, которую оказали наступающей русской армии западные армяне, за что впоследствии понесли невосполнимые человеческие и материальные потери.

В войну 1877–1878 годов Александропольский, Ахалцихский и Закатальский конно-иррегулярные полки целиком состояли из армян, кроме того, они входили в состав Грузинского дворянского полка, Борчалинской сотни, Елизаветпольского полка, Эриванского дворянского дивизиона и Бакинской дворянской части. Армяне были и в рядах высшего офицерства: командующий корпусом генерал от кавалерии М.Т. Лорис-Меликов, инициатор и организатор знаменитого штурма крепости Карс в ночь с 5 на 6 ноября 1877 года, генерал-лейтенант И.Д. Лазарев, начальник Эриваньского отряда генерал-лейтенант А.А. Тер-Гукасов, генерал-майоры Б.М. Шелковников, Я.К. Алхазов, И.Е. Лорис-Меликов, Н.Я. Денибеков.

Гравюра «Встреча Баязетского гарнизона съ отрядом Тергукасова»

Гравюра «Встреча Баязетского гарнизона съ отрядом Тергукасова»

А.Н. Нерсисян отмечает, что из армян в войне «принимали участие семь армянских генералов и, по неполным данным, более 500 офицеров. Из коих было убито и ранено 70 человек». Согласно другому историку Х.Г. Бадаляну: «Только при штурме Карса участвовали поручик Абрамеликов, капитаны Арутюнов и Долуханов, генералы Алхазов, Кишмишев, Лазарев, подполковник Меликов, генерал-адъютант Лорис-Меликов, а также добровольческий полк под командованием полковника Ениколопова».

Местное армянское население обеспечивало действующую армию транспортом, участвовало в лечении раненых, снабжало войска продовольствием, охраняло границу.

Турецкие армяне служили проводниками, гонцами, доставляли ценную информацию. Так, при ночном штурме Карса из 11 проводников и переводчиков в штурмующих колоннах восемь были армяне. Участвовали в войне и другие народы, в том числе и азербайджанцы. Так, Исмаил-хан Нахичеванский был одним из участников защиты Баязета, за что получил орден Св. Георгия IV степени. Что касается грузин, то, по свидетельству князя Арчила Чавчавадзе, одна только эта фамилия отправила на войну 17 человек, из которых трое удостоились ордена Св. Георгия.

— Как накануне войны выглядела граница с Турцией?

— Так же, как сейчас, — вдоль реки Аракс Ахалциха и Ахалкалаки вошли в состав России после русско-турецкой войны 1828–1829 годов, а Восточная Армения — по итогам русско-персидской войны 1826–1828 годов. Закавказье делилось на губернии: Тифлисская, Эриваньская, Елизаветпольская, Бакинская и т.д. Эриваньская губерния имела те же границы, что и Эриваньское ханство. В нее входил и Нахичеванский уезд.

— Какими были территориальные приобретения в этой войне?

— Война продлилась меньше года — началась в апреле 1877 года, а 3 марта следующего года был заключен Сан-Стефанский прелиминарный договор. На западе России была возвращена Бессарабия, в Малой Азии согласно XIX ст. этого договора России отходили

«Ардаган, Карс, Батум, Баязет и территория до Соганлука».

Все эти города, в том числе и Батуми, до этой войны входили в состав Османской империи. Кстати, во время войны турки при помощи броненосцев высадили десант и захватили Сухуми, который был освобожден Бебутом Мартиросовичем Шелковниковым. От турок город освобождал его отряд в составе 2500 человек, который, выйдя из Сочи и продвигаясь по побережью, игнорируя ураганный обстрел трех турецких броненосцев,

сумел освободить Гагры, Пицунду, Гудауту и, наконец, Сухуми.

За этот подвиг Шелковников получил звание генерал-майора. Столица Восточной Анатолии — город Эрзерум по итогам этой войны также был занят русской армией. Но по договорам, заключенным между Россией и Турцией, он отошел Турции. В XIX веке Эрзерум русские брали дважды, а Карс — трижды. Именно на это обстоятельство указывал канцлер Российской империи и министр иностранных дел князь Александр Михайлович Горчаков, когда доказывал англичанам невозможность очередной передачи Карса туркам, ради которого было пролито столько русской крови.

— Почему вы решили посвятить свое исследование этой войне?

— Когда я писал свою монографию, то пользовался не только архивными материалами, но и книгами, сборниками документов из фондов Российской национальной библиотеки в Санкт-Петербурге. Причем некоторые сотрудники очень удивлялись тому, что события русско-турецкой войны разворачивались не только на Балканах, но и на Кавказе. Ведь все знают осаду Плевны, оборону Шипки. На что я им возражал, что в четырех русско-турецких войнах XIX века русские были вынуждены трижды брать Карс. Причем только во время неудачного штурма 17 сентября 1856 года в Крымскую войну русские войска потеряли под стенами Карса около семи тысяч человек.

Кстати, в 2010 году монография усилиями известного болгарского переводчика, кавалера ордена Кирилла и Мефодия Арманда Степановича Басмаджияна была переведена на болгарский язык.

Собственно говоря, поэтому я и написал эту книгу. Я хотел рассказать, что была такая война. Что была такая Кавказская армия.

Что эта Кавказская армия была лучшая в империи.

Это не мои слова, а слова специалистов — например, участника боевых действий французского генерала де Курси, очевидца войны, английского корреспондента Чарльза Уильямса, знаменитого профессора Военной академии Генерального штаба генерал-лейтенанта В.А. Потто, начальника штаба Верховного главнокомандующего в Первую мировую войну генерала от инфантерии М.В. Алексеева.

Потому что Кавказская армия — особая. На Кавказ обычно отправляли вольнолюбивых людей, умеющих самостоятельно мыслить, принимать решения. Это были неординарные личности, а Кавказ был местом их ссылки. Со времен Ермолова Кавказская армия принципиально отличалась от остальных войск в империи.

Здесь не было палочной дисциплины, не было муштры и шагистики. Здесь поощрялась частная инициатива и отвага, умение быстро и неординарно мыслить. Более полувека Россия воевала против горцев, и очень много боевых традиций Кавказская армия переняла именно от них. Например, куначество — дружба противников на поле брани, когда с одной стороны горцы, а с другой стороны русское воинство не только воюют, но и дружат, потому что они — кунаки. Генерал-майор Б.М. Колюбакин писал:

«На духовный строй войск Кавказской армии, несомненно, еще сильно влияли качества и воинские обычаи нашего более чем 60-летнего противника, который, фанатично ведя с нами борьбу, борьбу не на жизнь, а на смерть, ярко проявлял несравненное личное мужество, доходившее порой до полного презрения к смерти, любовь к свободе и славе, беззаветное молодчество, выручку боевых товарищей, находчивость, осторожность, соединенную с решительностью, и удивительную способность применяться к самым разнообразным условиям обстановки …

Одновременно при мирных сношениях горцы проявляли твердость в держании раз данного слова, уважение к старшим, рыцарскую вежливость, святость гостеприимства и особый вид дружбы между врагами, так называемое куначество».

— Кто проживал на завоеванных в результате боевых действий турецких территориях и кем они управлялись?

— Население здесь было многонациональным. Как, впрочем, и везде на Кавказе, здесь проживали армяне, которые составляли большинство местного населения — 25,3%, но были русские, турки, курды, татары — 0,8%, как тогда называли азербайджанцев. Были и другие национальности: белорусы, башкиры, эстонцы, немцы.

Гравюра «Офицеры 1-го кавказского стрелкового батальона» (с фотографии Никитина)

Гравюра «Офицеры 1-го кавказского стрелкового батальона» (с фотографии Никитина)

— А турки с этих территорий не изгонялись?

— В конце XIX века турки составляли вторую по численности группу населения — 22% населения. Кто должен был их изгонять? По итогам Сан-Стефанского договора и Берлинского конгресса произошел свободный взаимообмен местного населения. Всем тем, кто желал переселиться в Турцию с территорий, отошедших к России, разрешался свободный переход. Впрочем, как и в обратном направлении. В Карсской области была установлена царская администрация.

— И была построена железная дорога из Гюмри в Карс, которая, кажется, действовала до 1993 года?

— Да, эта очень важная железная дорога, после 1991 года являющаяся важным индикатором армяно-турецких отношений, была сдана в эксплуатацию 1 декабря 1899 года.

Бум железнодорожного строительства начался при Александре II, продолжился при Александре III и распространился по всей империи. С середины 60-х годов XIX века началось строительство железных дорог на Кавказе. Чем Россия, и это очень важно отметить, будучи империей, отличалась от Британской или Французской? Тем, что ее территориальный рост был фактически приграничным ростом. Она росла по периметру. Знаменитый британский историк сэр Арнольд Тойнби писал,

что «экспансия русских всегда носила оборонительный характер. Они отодвигали свои границы подальше от основной территории».

И те территории, которые присоединяла к себе Россия, автоматически становились русскими территориями. И границы этих присоединенных земель с сопредельными странами становились русскими границами. Таким образом, Россия была кровным образом заинтересована в том, чтобы создать на местах соответствующую инфраструктуру. Создать возможности для поступательного и цивилизованного развития местного населения. Чтобы присоединяемые земли не были очагами восстания и недовольства. Поэтому строились железные дороги, создавалась инфраструктура, развивалась промышленность и торговля.

Железная дорога была жизненно необходима для осуществления бесперебойной связи окраин с метрополией, чтобы решать оперативные задачи. Крымская война показала Александру II, что России нужны реформы. Почему?

Потому что англичане из Лондона на пароходах до Крыма добирались за месяц, в то время как русские войска из центральных губерний до того же Крыма, по бездорожью, добирались целых пять.

— Завоеванная Карсская область стала отдельным регионом или вошла в состав Ереванской губернии?

— Карсский пашалык был переименован в Карсскую область и просуществовал в составе империи до 1917 года. Его территория составляла примерно 17 800 квадратных километров. В него входил и Ардаганский округ. В марте 1918 года был заключен Брестский мир, согласно которому большевики вернули область Турции. Но в результате Мудросского перемирия, в октябре 1918-го года турки все эти земли были вынуждены вернуть. И Карсскую область вернули армянам, турки покинули захваченные земли.

С присоединением Карса территория Республики Армения составила около 70 тыс. кв. км (ныне ~30 тыс.).

— То есть в какой-то момент эти территории перестали быть в составе Российской Империи и вошли в состав Армении?

— Конечно. Это произошло после того, как развалилась Российская Империя. После того как турки отхватили те земли, которые были ими оставлены по итогам русско-турецкой войны 1877–1878 годов. Однако вскоре, уже по итогам Первой мировой войны, они вынуждены были эти земли вновь вернуть, но на этот раз независимой Армении.

А потом были подписаны приснопамятные Карсский и Московский договора, согласно которым все это было передано им обратно.

— По какой причине Ленин решил отдать эти земли?

— В декабре 1917 года Кавказский фронт был оголен с русской стороны, потому что пять лет люди воевали, сидели в окопах по горло в грязи. Россия потеряла в Первую мировую войну убитыми и ранеными шесть миллионов человек. В это время в России произошли две революции — сначала Февральская, потом Октябрьская.

но и воссоздав свою государственность — Первую Республику Армения.

Начальник штаба германской армии в Первую мировую войну генерал пехоты Эрих фон Людендорф в своих воспоминаниях писал: «Главной причиной, повлекшей за собой последующее крушение западной немецкой армии, была нехватка горючего, потому что турки в этот момент не смогли своевременно овладеть Баку». Они овладели бакинской нефтью лишь 15 сентября 1918 га. На пути турецкой экспансии встал армянский волнорез.

Что касается Карсского и Московского договоров, то это был сговор большевистского руководства и Турецкого правительства под руководством Мустафы Кемаля, который под соусом распространения революции на Востоке в очередной раз в истории обманул русскую сторону. Хотя, если быть объективным, и Советская Россия, и Кемалистская Турция делали одно общее дело, и в их геополитической игре Армении было уготовано ровно столько места, сколько отводила ей Россия.


кандидат исторических наук Ваагн Крбекян, автор книги «Участие армян в русско-турецкой войне 1877–1878 годов».

«Русские брали Карс трижды», «Газете.Ru»

Реклама