История одной песни. ч.2

История одной песни: «HOTEL CALIFORNIA», Eagles

 

«HOTEL CALIFORNIA», Eagles

Очень жаль, что такую хорошую песню приходится вспоминать по такому печальному случаю. Впрочем, интонация у композиции тоже не радостная. Самую известную и самую загадочную песню Eagles «Hotel California» написали Дон Фелдер, Дон Хенли и Гленн Фрей, который скончался нот рака на 68-м году жизни. Историю «Hotel California» рассказывает Марина Максимова.

«Hotel California» — визитная карточка группы Eagles. И, сколько бы ни говорили, что музыканты написали и множество других хороших песен, и что называть Eagles группой одной песни не правомерно, все же факт остается фактом — большинство знают Eagles именно по «Hotel California».

Никакой яркой истории связанной непосредственно с написанием композиции, нет. Загадки будут дальше. Дон Фелдер рассказал о том, как сочинил песню, в своей книге «Heaven and Hell: My Life in The Eagles» (Небеса и Ад: Моя жизнь в Eagles). По словам музыканта, мелодия появилась в его голове «вдруг и ниоткуда». Это случилось, когда он отдыхал в Малибу и в один жаркий день лениво перебирал аккорды на гитаре. Потом песню доработали Фрей и Хенли.

Удивительно, что в яркую солнечную погоду появилась именно такая мелодия. Глубоко меланхоличное начало, загадочный, почти мистический сюжет, множество туманных намеков и недосказанность. Это только на первый взгляд сюжетная история простая: усталый путник находит ночлег в отеле, который оказывается очень дорогим заведением со странными постояльцами. Проведя в нем некоторое время, путешественник становится «заложником» этого отеля. Но, как говорится — дьявол в деталях.

ТЕКСТ

On a dark desert highway
Cool wind in my hair
Warm smell of colitas
Rising up through the air
Up ahead in the distance
I saw a shimmering light
My head grew heavy and my sight grew dim
I had to stop for the night

There she stood in the doorway
I heard the mission bell
And I was thinking to myself
«This could be heaven or this could be hell»
Then she lit up a candle
And she showed me the way
There were voices down the corridor
I thought I heard them say…

Welcome to the Hotel California
Such a lovely place
(Such a lovely place)
Such a lovely face
Plenty of room at the Hotel California
Any time of year
(Any time of year)
You can find it here

Her mind is Tiffany twisted
She got a Mercedes Benz
She got a lot of pretty, pretty boys
That she calls friends
How they dance in the courtyard
Sweet summer sweat
Some dance to remember
Some dance to forget

So I called up the Captain
«Please bring me my wine»
He said: «We haven’t had that spirit here
Since nineteen sixty nine»
And still those voices are calling from far away
Wake you up in the middle of the night
Just to hear them say…

Welcome to the Hotel California
Such a lovely place
(Such a lovely place)
Such a lovely face
They livin’ it up at the Hotel California
What a nice surprise
(What a nice surprise)
Bring your alibis

Mirrors on the ceiling
The pink champagne on ice
And she said: «We are all just prisoners here
Of our own device»
And in the master’s chambers
They gathered for the feast
They stab it with their steely knives
But they just can’t kill the beast

Last thing I remember
I was running for the door
I had to find the passage back
To the place I was before
«Relax» said the night man
«We are programmed to receive
You can check out any time you like
But you can never leave!»


Перевод

На тёмном пустынном шоссе
Ветер развевал мои волосы
Тёплый запах марихуаны
Ощущался в воздухе.
Недалеко впереди
Я увидел мигающий свет.
Я почувствовал усталость и меня клонило в сон
Поэтому мне пришлось остановиться на ночь

Она стояла на пороге,
Я услышал звон колокольчика
И подумал про себя:
«Это — либо рай, либо ад».
Потом она зажгла свечу,
И показала мне путь.
В коридоре слышались голоса
Кажется, они говорили…

Добро пожаловать в отель «Калифорния»,
Такое прекрасное место,
(Такое прекрасное место),
Такое прекрасное лицо.
Свободный номер в отеле «Калифорния»
В любое время года
(В любое время года)
Вы всегда найдете здесь

Она была помешана на Тиффани,
У неё был Мерседес Бенс,
И много очень милых, милых парней,
Которых она называла друзьями.
Как они танцевали во дворе!
Сладкий летний пот.
Некоторые танцуют, чтобы запомнить,
Некоторые — чтобы забыть.

Так что я позвал управляющего:
«Пожалуйста, принесите мне вина».
А он ответил: «У нас не было этого напитка
С 1969 года».
А те голоса всё продолжали звать издалека.
Они разбудили меня посреди ночи
И я услышал, как они говорили…

Добро пожаловать в отель «Калифорния»,
Такое прекрасное место,
(Такое прекрасное место),
Такое прекрасное лицо.
Они зажигают по полной в отеле «Калифорния»
Какой чудесный сюрприз!
(Какой чудесный сюрприз!)
Предъявите своё алиби.

На потолке зеркала,
Розовое шампанское во льду,
И она сказала: «Здесь мы просто узники,
По нашему собственному желанию».
В комнате хозяина
Они собрались, чтобы пировать.
Они взяли свои стальные ножи,
Но никак не могли убить зверя.

Последнее, что я помню,
Это как я побежал к дверям.
Мне нужно было найти как выбраться отсюда
Чтобы вернуться туда, откуда я пришёл.
«Расслабьтесь», сказал сторож,
«Нас запрограммировали принимать гостей.
Вы можете освободить номер в любое время,
Но вы никогда не сможете уйти!»

Один из главных вопросов — что конкретно подразумевается под самим «отелем». Трактовок «Hotel California» можно набрать с десяток. Наиболее яркие варианты стоит привести. Итак, существует предположение, что в песне рассказывается об отеле в Сан-Франциско, который приобрел Антон Ла-Вей, чтобы превратить его в Церковь Сатаны. Масла в огонь подлил в 1982 году менеджер группы Ларри Солтер, который зачем-то признался, что группа была вовлечена в Церковь Сатаны.

Другая версия заключается в том, что отель «Калифорния» — это больница для душевнобольных в Калифорнии. Не менее популярным было предположение, что речь идет о Калифорнийском реабилитационном центре для наркоманов. Некоторые считали, что «Hotel California» — метафора наркозависимости. Сторонники этой идеи особо указывали на упоминание марихуаны в самом начале песни: «Warm smell of colitas, rising up through the air» (тёплый аромат colitas разливался в воздухе). «Colitas» — одно из названий марихуаны на испанском сленге. Наконец, «отель» воспринимали как образ института брака или Голливуда.

Ситуация прояснилась полностью только в 2007 году, когда Дон Хенли рассказал, что «Hotel California» — это трактовка участников группы «жизни светского общества Лос-Анджелеса».

Нельзя не сказать, что многие меломаны указывают на схожесть мелодии «Hotel California» и «We used know» британцев Jethro Tull. Однако лидер этой группы Иэн Андерсон никогда не предъявлял никаких претензий Eagles, хотя и не раз шутил на эту тему. В 1978 году «Hotel California» получила премию «Грэмми» как лучшая песня года. Она же возглавила американский чарт Billboard Hot 100. В списке 500 лучших песен всех времён по версии журнала Rolling Stone она занимает 49 место.
***
We Used To Know — Jethro Tull

Хит “Отель Калифорния” на Гитаре и Его Лучший Перевод (+ Видео)

“Hotel California” от группы The Eagles — действительно, одна из мистических песен, текст и смысл которой породил массу догадок и версий.

Текст песни и правда странный, вы в этом убедитесь сами, его эквиритмический перевод на русский язык будет ниже.

Сама история создания мелодии довольно прозаична. А впрочем, может и тут не обошлось без мистики)))

История создания песни Отель Калифорния (Hotel California)

По рассказу самого Дона Фелдера, создателя музыки, в 1976 году он находился в пляжном доме в Малибу, и просто наигрывал «что придет на ум» на своей гитаре (кстати, это была 12-струнная гитара малоизвестной тогда японской фирмы Takamine, впоследствии песня “Hotel California” принесет этой фирме мировую известность).

Дон Фелдер

Итак, Фелдер просто перебирал аккорды, делал небольшие произвольные мелодические соло, и вдруг мелодия возникла “как-будто бы из ниоткуда” и сразу в почти законченном виде. Как он сам говорил: “Было такое космическое чувство, будто что-то великое упало тебе прямо в ладони…»

Оставалось дошлифовать музыку и добавить текст. С этим успешно справились Фрай и Хенли.

Уже в феврале 1977 года песня «Hotel California»вышла синглом, и сразу же стала настоящим хитом, покорившем все основные музыкальные чарты.

Тут же начались жаркие споры по поводу ее содержания.

По сюжету текста песни, некий усталый странник попадает в таинственный “Отель Калифорния”, который по началу, кажется очень даже привлекательным, но потом происходящее в нем начинает ужасать и путник пытается выбраться из него, но не может.

Появилось много версий о том, о чем именно поется в песне.

Кто-то утверждал, что речь иносказательно идет о тюрьме или психбольнице.

Другие говорили, что это песня описывает типичный путь наркомана, попадающего в наркотическую пелену блаженства, но потом столкнувшегося с невозможностью выхода из нее. В пользу этой версии еще и наличие в тексте песни слова “colitas” (а это не что иное, как кончики веток конопли с испанского сленга).

Сторонники наркотической версии приводили даже конкретный пример, что песня, якобы, посвящена памяти Грема Парсонса (величайший исполнитель кантри-рока), который в 1973 году умер от передозировки наркотиками в номере отеля Joshua Tree Inn. А это как раз в национальном парке Калифорнии!

Третья популярная версия утверждала, что в тексте песни под отелем метафорично скрывается шотландский замок черного мага Алистера Кроули…

В 2007 году, наконец-то, сами авторы Дон Хелли и Гленн Фрай поведали о том, что вкладывали в песню. Во-первых, они подтвердили, что «Отель Калифорния” — это действительно метафора.

Во-вторых, как сказал Фрай, песня «исследует уязвимое место успеха, темную сторону рая». Фактически речь идет о второй темной стороне “Американской Мечты”. О мечтах и стремлениях людей к красивой жизни и вечной погоне за всевозможными благами. И вот уже человек находится в безумной, истощающей все силы, гонке и не может выбраться из этого порочного круга. Типичным местом, где это выражено максимально ярко, музыканты назвали Лос-Анджелес и, непосредственно, Голливуд.

Так ли это на самом деле, или просто авторы устали от массы слухов, наверное, так и останется загадкой.

The Eagles на гастролях в Неваде (1979г.)

Интересные факты про песню “Отель Калифорния (Hotel California)”

Есть мнение, что мотив “Отель Калифорния”, не пришел Фелдеру “свыше”, а он его просто… Вспомнил! И немного видоизменил… А оригинальная мелодия это «We Used to Know» от группы «Jethro Tull», вышедшая в 1969 году. Группы, кстати, были знакомы друг с другом и даже вместе гастролировали. Иэн Андерсон (основатель «Jethro Tull») как-то даже пошутил в интервью BBC, что, дескать, надеется получить гонорар от The Eagles. Как говорится “в каждой шутке…”. Мелодия и, особенно, аккордовая гармоническая часть, местами действительно очень похожи, можно послушать песню «We Used to Know» и убедиться самим ТУТ

На обложке диска с синглом было изображение отеля “Pink Palace” в Beverley Hills, который очень популярен у звезд Голливуда.

Печальный факт. Экипаж трагически разбившегося шаттла “Колумбия” все 7 последних дней слушал песню «Отель Калифорния», в исполнении жены космонавта Вильяма Маккула — Лани. Эту запись передавали с земли с целью побудки команды.

Мелодия «Отель Калифорния» на гитаре

Конечно на такую известную и популярную мелодию есть много каверов для гитары. В коллекции GuitarSolo.info есть три версии этой композицииот разных авторов.

Одна в тональности Си-минор, и 2 в тональности Ми-минор.

Мне особенно нравится версия «Отель Калифорния» для гитары от гитариста и аранжировщика Максима Чигинцева.

Давайте послушаем и посмотрим, действительно завораживающее исполнение.

Авторские ноты и табы для гитары на кавер “Отель Калифорния” ЗДЕСЬ

Удачного разучивания!

Что касается перевода песни на Русский язык, мне больше других нравится вот этот эквиритмический перевод (эквиритмика — это такой перевод стихов, который выполнен с сохранением стихотворного размера и ритма) от “Доктор Рус”, который действительно удобно петь на русском языке под музыку The Eagles.

Замок Калифорния

На дороге пустынной, полумрак, полубриз…

Сладкий запах дурмана, над долиной повис…

А немного поодаль, смутный блеск огоньков

В голове промелькнуло вдруг, там ночлег мне готов!

Тень метнулась в проеме, колокольный набат.

Мыслей сразу рой — где я, где я? В Рай забрел или в Ад?

Тут свечу запалили и я поплелся за ней

Что за возгласы там внизу зазывают гостей?

К нам скорее в Замок Калифорния

Так привольно здесь, так прикольно здесь, так ПОКОЙНО здесь

Вдоволь есть места в Замке Калифорния

И всегда — всегда, лето иль зима

Здесь так ждут тебя!

Не из этого мира, пофиг Мерс или Бенц

Вьются все вкруг кумира, и для всех она — Френд

Ритуальные пляски, градом пот, пыл и прыть

Эти пляшут чтоб помнить, эти чтобы забыть…

Подзываю бармена, дай-ка зелье мое!

Что вы, Сэр, эдак лет уж как сорок нет в помине его…

Но тогда отчего же я слышу все те голоса

Что заснуть по ночам не дают мне, зазывают куда…?

К нам скорее в Замок Калифорния

Так привольно здесь, так прикольно здесь, так ПОКОЙНО здесь

К нам НАВЕКИ в Замок Калифорния!

Вот так и сюрприз! А, может, это приз

И виза в Парадиз?

Потолки зазеркальны, лед шампанским кипит

Шепот вдруг: «Все мы узники здесь, но по зову души»

А в чертогах Владыки, вновь сойдемся на пир,

Но вонзая в сталь пики, разве Зверя убить?

Я рванулся к воротам, как их только нашел !?

Где же, где же, ты, тропка, по которой пришел?

Не спеши — молвил Голос, нет обратно пути!

Можешь сдать мне свой номер, но не сможешь уйти…

(с) Доктор Рус

До новых знакомств с интересными мелодиями и их авторами! Пишите в комментариях, о каких еще известных мелодиях вы хотели бы прочитать.

Если вам понравилась эта история, нажмите, пожалуйста, на “палец вверх” и подписывайтесь на наш блог. Я регулярно рассказываю об известных мелодиях и их авторах.

P.S. Чтобы подписаться на наш ютьюб-канал, где регулярно публикуются лучшие каверы и аранжировки для гитары, нажмите ЗДЕСЬ

С уважением, Сергей Бородин,

Источник: Отель Калифорния на Гитаре

 

***
Дом Восходящего Солнца

Неожиданная История Хита (+ 2 Видео)

Совсем недавно мы уже разбирались с одним домом, который “Отель Калифорния”, и вот, на очереди новый, на этот раз в Новом Орлеане)). Причем сходство смыслов текстов действительно значительное.

Опять мы имеем в распоряжении странный дом, в который легко попасть и из которого очень трудно или невозможно выбраться)))

Что ж, давайте узнаем историю старого хита “Дом восходящего солнца (The House of Rising Sun)”. Честно говоря, когда я погрузился в детали, оказалось много интересных и неожиданных для меня фактов и открытий. О чем обязательно поведаю ниже!

Многие считают, что авторство этой песни безоговорочно принадлежит группе “The Animals” но это, отнюдь, не так. История этой песни и музыки началась много раньше чем в 1964 году.

Судя по всему, мелодии этой песни не одна сотня лет. Истоки ее нужно искать в английских балладах. Например, мелодия и гармония баллады «Matty Groves», уже очень и очень похожи на современную версию.

Далее, песня неоднократно исполнялась в первой половине 20 века. В 1934 году в США ее спели Том Эшли и Гвен Фостер. Ближе к 40-м пел знаменитый блюзмен Лед Белли. В 1962 году ее исполнял Боб Дилан…

Группа "The Animals". Солист Эрик Виктор Бёрдон
Группа «The Animals». Солист Эрик Виктор Бёрдон

Тем не менее, действительно мировую известность песня “The House of Rising Sun” обрела после исполнения “животными”, то бишь, группой “The Animals”. Песня в их исполнении взлетела во всех чартах, потеснив безусловных фаворитов того времени “The Beatles” (что заставило эмоционального Джона Леннона впасть в кратковременную депрессию) и долгое время держала позиции. Именно версия от “The Animals” входит в 500 лучших песен всех времён журнала Rolling Stone

А вот теперь давайте разберемся, что же это за дом такой “восходящего солнца”? Как и с песней “Отель Калифорния” мнений и догадок было много и похожих. Что это: бордель, тюрьма, игорный дом, психбольница, кабак и т.п. Но почему “восходящего солнца”?

И вот что поведал в своих мемуарах Дэйв Ван Ронк, один из первых аранжировщиков композиции “House of the Rising Sun”:

«Подобно всем остальным, я считал, что под „домом“ подразумевался бордель. Но какое-то время назад я был в Новом Орлеане для участия в джазовом фестивале. Мы с моей женой Андреей и Одеттой выпивали в пабе, когда появился парень с пачкой старых фотографий — снимки города начала века. Там, наряду с Французским рынком, Lulu White’s Mahogany Hall, таможней и тому подобным, было фото входного проема из грубого камня, с выгравированным по центру изображением восходящего солнца. Заинтригованный, я спросил, что это за здание. Оказалось, это новоорлеанская женская тюрьма (Orleans Parish women’s prison). Так выяснилось, что я в корне ошибался с самого начала…”

Итак! Все-таки, похоже, что тюрьма. Причем женская. Судя по этому факту, песня тогда должна исполняться женщиной. Но ведь в словах песни, которую пело множество известных мужчин, явное исполнение от мужского рода? Есть ли версия от лица женщины? Оказывается, есть!!! Причем по времени куда более ранняя. Давайте ознакомимся с ней и ее переводом:

There is a house in New Orleans they call the Rising Sun.
It’s been the ruin of many a poor girl and me, O God, for one.

В Новом Орлеане есть дом, который называют «Восходящее солнце».
Он погибелью был для многих бедных девушек и я, о Господи, одна из них.

If I had listened what Mama said, I’d be at home today.
Being so young and foolish, poor boy, let a rambler lead me astray.

Если бы я слушала, что говорила мама, сегодня я была бы дома.
Была я так молода и глупа, бедняжка, что ушла с бродягой, куда глаза глядят.

Go tell my baby sister never do like I have done
To shun that house in New Orleans they call the Rising Sun.

Так скажи моей младшей сестре никогда не поступать так, как поступила я:
Пусть остерегается того дома в Новом Орлеане, который прозвали «Восходящее солнце».

My mother she’s a tailor, she sewed these new blue jeans.
My sweetheart, he’s a drunkard, Lord, Lord, drinks down in New Orleans.

Моя мать — портниха, она сшила эти новые синие джинсы.
Мой милый — пьяница, Боже, Боже — пьянствует в Новом Орлеане.

The only thing a drunkard needs is a suitcase and a trunk.
The only time he’s satisfied is when he’s on a drunk.

Единственное, что нужно пьянице — чемодан и сундук.
И доволен бывает он только когда он пьян.

Fills his glasses to the brim, passes them around.
Only pleasure he gets out of life is hoboin’ from town to town.

Он наполняет стаканы до краев и по кругу передает.
В жизни для него существует лишь одно удовольствие — бродяжничать из города в город.

One foot is on the platform and the other one on the train.
I’m going back to New Orleans to wear that ball and chain.

Одна нога — на платформе, вторая — в поезде.
Я возвращаюсь в Новый Орлеан, чтобы надеть цепь с ядром.

Going back to New Orleans, my race is almost run.
Going back to spend the rest of my days beneath that Rising Sun.

Возвращаюсь в Новый Орлеан, мой путь почти окончен.
Возвращаюсь, чтобы провести остаток дней под Восходящим Солнцем.

Вот такие неожиданные факты, при этом все встает на свои места.

Кстати, самые прозорливые наверное уже догадались, что в России текст и мелодия этой песни чудным образом трансформировались в известный хит “Постой Паровоз…”))))

Ну а что у нас с гитарной версией? Да, песня “Дом восходящего солнца” замечательно и достаточно просто исполняется на гитаре. Есть много каверов на нее. Я вам представлю один из самых простейших (для того чтобы можно было легко разучить) от гитариста и аранжировщика Марины Мираковой

Смотрим!

Гитарные ноты и табы песни “The House of Rising Sun” ЗДЕСЬ

Трудность здесь может быть, пожалуй, только одна, ритмическая, исполнение 2 быстрых шестнадцатых нот в каждом такте. Но она легко преодолевается.

А напоследок, давайте посмотрим оригинальную версию песни “The House of Rising Sun” от “The Animals” (кстати, по голосу солиста я раньше представлял себе как этакого брутального дядьку ковбоя, а не подобного обаятельного молодого человека, так что был в свое время разрыв шаблона)))

Если вам понравился пост, нажмите, пожалуйста, на “палец вверх” и подписывайтесь на наш блог. Я регулярно рассказываю много интересного из мира музыки и гитары!

P.S. Чтобы подписаться на наш ютьюб-канал, где регулярно публикуются лучшие каверы и аранжировки для гитары, нажмите ЗДЕСЬ

С уважением, Сергей Бородин,

Основатель GuitarSolo.info

 

***

Обложка альбома Чеслава Немена «Dziwny jest ten świat» (1967)

Dziwny jest ten świat (в пер. с польск. Странная штука, этот мир) — первый сольный альбом польского музыканта Чеслава Немена, выпущенный в 1967 году. 20 декабря 1968 года получил статус золотого (продано 160 000 копий).

Назван по главной композиции — песне «Dziwny jest ten świat», с которой Немен впервые выступил и триумфально победил на фестивале песни в Ополе в июне 1967 года. Нетипичная для советской Польши того времени чувственная и смелая манера исполнения сразу же покорила и зрителей и жюри конкурса. Песня стала чрезвычайно популярна в Польше и позже в Европе. В 1969 годупрозвучала в итальянском варианте под названием «Io senza lei».

Dziwny jest ten świat,
gdzie jeszcze wciąż
mieści się wiele zła.
I dziwne jest to,
że od tylu lat
człowiekiem gardzi człowiek.

Dziwny ten świat,
świat ludzkich spraw,
czasem aż wstyd przyznać się.
A jednak często jest,
że ktoś słowem złym
zabija tak, jak nożem.

Lecz ludzi dobrej woli jest więcej
i mocno wierzę w to,
że ten świat
nie zginie nigdy dzięki nim.
Nie! Nie! Nie!
Przyszedł już czas,
najwyższy czas,
nienawiść zniszczyć w sobie.

Lecz ludzi dobrej woli jest więcej
i mocno wierzę w to,
że ten świat
nie zginie nigdy dzięki nim.
Nie! Nie! Nie!
Nadszedł już czas,
najwyższy czas,
nienawiść zniszczyć w sobie.


Юрий Галич (Гончаренко)

Почему автор песни «Поручик Голицын» покончил с собой

Именно Юрию Галичу многие эксперты приписывают авторство текста популярной и по сей день песни «Поручик Голицын». В песне Галич советовал своему герою не падать духом. Однако сам поэт однажды настолько пал духом, что наложил на себя руки.

На самом деле Галич – это ненастоящая фамилия. Ее поэт и прозаик взял в качестве псевдонима. А на самом деле его звали Георгий Иванович Гончаренко. Георгий появился на свет в 1877 году в Варшаве. Мальчик с самого детства проявлял разнообразные таланты: он рисовал и сочинял стихи. Однако и в кадетском корпусе он учился весьма прилежно, потому и закончил его с отличием. Вскоре Гончаренко поступил в одно из самых престижных военных учебных учреждений тех лет — Николаевское кавалерийское училище в Санкт-Петербурге, которое в свое время закончили многие знаменитые русские офицеры. К началу Первой Мировой войны Гончаренко уже находился в звании полковника, а позже стал и генерал-майором Генштаба. Рига Будучи убежденным монархистом, Георгий Иванович, конечно, не обрадовался приходу большевиков. Когда Красная Армия появилась на Украине, он понял, что белые проигрывают. Он отправился на Дальний Восток, а оттуда – в 1923 году в Латвию. В Риге Гончаренко устроился в военную школу инструктором, а также подрабатывал судьей на местном ипподроме. Однако не оставлял он и литературное поприще: писал стихи, прозу, статьи для прессы. Георгий Иванович взял себе звучный псевдоним Юрий Галич, который он придумал, вспомнив, что под городом именно с таким названием он когда-то воевал. Однако спокойная жизнь продлилась не слишком долго. НКВД В 1940 году в Ригу пришли советские войска. Сотрудники НКВД стали вызывать эмигрантов на допросы. В декабре того же года на подобные «беседы» приглашали и Георгия Ивановича Гончаренко. Однако Гончаренко общаться с НКВД не желал. Юрий Галич решил уйти из жизни добровольно. 12 декабря он повесился в собственной квартире. На тот момент ему было 63 года. Кто-то может сказать, что Галич просто-напросто испугался. Но говорят, что Гончаренко, как настоящий офицер, не хотел попадать в руки к большевикам, которых считал своими противниками, живым. Наверное, это было для него сродни позору плена. Именно по этой причине он и сделал такой страшный выбор. Тем более что он прекрасно понимал, что при его биографии и убеждениях ничего хорошего его не ждет. Усопшего генерала Георгия Ивановича Гончаренко похоронили там же, где он провел последние годы своей жизни, в Риге.
Юлия Попова, russian7.ru

Легендарный романс «Поручик Голицын» долгое время считался народным. Затем кое-кто из исполнителей шансона стал присваивать его авторство себе. Однако подлинным автором песни является русский генерал украинского происхождения, поэт и писатель Георгий Гончаренко (псевдоним – Юрий Галич).

Знакомство автора с прототипом
Георгий Гончаренко был представителем полтавского дворянства. Он родился в военной семье 10 июня 1877 года и всю жизнь посвятил военному делу, конному спорту, а также поэзии, литературе и журналистике. Под псевдонимом Юрий Галич генерал написал 14 книг повестей, рассказов и стихов, опубликовал сотни статей.

В годы Гражданской войны бывший блестящий гвардеец генерал-майор Гончаренко оказался на Украине и, конечно же, служил при гетмане Скоропадском – начальником наградного отдела. Собственно, именно здесь, в Киеве, он и познакомился с прототипом романса – петербуржским поручиком Константином Голициным.

А может, вернёмся? Писатель Юрий Галич (генерал Георгий Гончаренко) сбежал из Киева в Сибирь к Колчаку, а потом отправился в Прибалтику
А может, вернёмся? Писатель Юрий Галич (генерал Георгий Гончаренко) сбежал из Киева в Сибирь к Колчаку, а потом отправился в Прибалтику

Дело было в январе 1919 года, когда на Украине правила Директория во главе с Петлюрой и Винниченко. Историческая встреча произошла в кутузке Осадного корпуса сечевиков где-то на улице Пушкинской. Гончаренко, снятый с поезда петлюровскими постами под Одессой и опознанный как гетманский генерал, парился на нарах уже несколько дней, когда к нему подселили двух новых соседей: бывшего главбуха киевского Нового банка Беленького и юного Голицына. Первого арестовали за то, что ссужал деньги Скоропадскому, второго – по недоразумению. Его перепутали с престарелым дядей поручика, князем Голицыным, возглавлявшим «Протофис» – организацию, сделавшую в своё время Скоропадского гетманом.

Нельзя сказать, чтобы встреча была радостной, особенно, учитывая решётку на окнах, стражу и постоянную опасность быть расстрелянным. И тем не менее генерал в воспоминаниях признавал: «Я очутился в новом обществе, разделившем моё одиночество самым трогательным для меня образом. К бухгалтеру приходила жена, к молодому князю приходила невеста. Обе женщины являлись не только с ласками, не только со словами утешения и надежды, но каждый раз приносили узелки со съестными припасами домашнего изготовления».

В одной камере генерал Гончаренко и будущий герой песни провели целую неделю. На восьмой день начальство решило перевести трёх арестантов в другое место. В качестве охраны к ним приставили старенького сторожа, позвякивающего ключами в одном кармане и пригубленной бутылкой горилки в другом.

Логика у любителя спиртного сильно хромала. Чтобы узники не сбежали, сторож взял в руки их вещи, в которых, на его взгляд, находились ценности. Он почему-то решил, что конвоируемые не решатся бросить вещи ради побега. Когда странная процессия вышла на Крещатик, генерал присел, чтобы завязать шнурок, а банкир и поручик рванули вперёд. Сторож бросился за ними, но на полпути остановился, вспомнив, что за его спиной остался Гончаренко. Георгий Иванович тем временем быстрой походкой шёл в противоположную сторону. Сторож только и смог, что сокрушённо потрясти ключами в спины беглецов.

Судя по всему, эта киевская встреча была первой и последней в судьбе Юрия Галича и князя Голицына.

Красный хоровод
И генерал, и поручик приняли самое активное участие в боях против большевиков. Георгий Иванович вскоре всё же добрался до Одессы, откуда, совершив трёхмесячное плавание вокруг всего Евроазиатского континента, приехал в Сибирь – к адмиралу Колчаку. Но там он не задержался и после окончания Гражданской войны каким-то загадочным образом оказался в Таллинне. Здесь генерал уже как Юрий Галич вернулся к писательскому ремеслу и журналистке, сотрудничал практически со всеми русскоязычными изданиями Прибалтики и издал полтора десятка книг, в том числе двухтомник воспоминаний «Красный хоровод».

В комнатах наших сидят комиссары. Константин Голицын, следственное фото 1930 года (предоставлено для публикации Государственным отраслевым архивом СБУ)
В комнатах наших сидят комиссары. Константин Голицын, следственное фото 1930 года (предоставлено для публикации Государственным отраслевым архивом СБУ)

Константин Голицын также пробрался на юг, но дальше не поехал, а поступил в белогвардейскую Добровольческую армию генерала Деникина. Здесь, уже в чине штабс-капитана, он командовал сводной ротой, состоящей из бывших стрелков полка Императорской фамилии. Какое-то время вместе с князем служил и ещё один любопытный офицер – Юрий Гладыревский – личный друг Михаила Булгакова, ставший прототипом Шервинского из «Белой гвардии».

Тёплым августовским днем 1919 года рота князя Голицына на плечах красных одной из первых ворвалась в Киев. Но, как известно, белые были разгромлены, а Киев остался большевистским ещё на семьдесят лет.

В следующий раз Голицын вернулся в Киев летом 1920 года, но уже не как победитель, а как жалкий и оборванный военнопленный, попавшийся красным под Одессой. В то время шла война с белополяками, РККА остро нуждалась в командных кадрах, и князя быстро переделали в военспеца, вновь отправив на фронт. Так что Гражданскую войну Голицын окончил уже в Красной армии. Он вернулся в Киев, женился, поступил на советскую службу и зажил мирной жизнью, скрывая своё прошлое.

Надеть ордена. Мундиры императорской гвардии, которые Галич и Голицын могли носить в свою бытность офицерами русской армии
Надеть ордена. Мундиры императорской гвардии, которые Галич и Голицын могли носить в свою бытность офицерами русской армии

Последнее обещание
Следственное дело по обвинению в контрреволюционной деятельности Голицына, бывшего князя, бывшего поручика, бывшего деникинца, управляющего делами Киевглавпроекта, около шестидесяти лет хранилось под №1919 в архиве КГБ УССР.

Как следует из документов, Голицына арестовали морозной январской ночью 1931 года. Дело, по которому проходил князь, называлось весьма безобидно: «Весна». Но это только на первый взгляд. Дело было инспирировано ГПУ для уничтожения в СССР бывших генералов и офицеров царской армии, независимо от их заслуг перед советской властью. Для того чтобы оказаться арестованным, хватало одной неудачно оброненной фразы. Бывших же белых хватали и без этого – сам факт их службы в период Гражданской войны по другую сторону баррикад был и уликой, и обвинением, и приговором. Заставляли признаться только в одном: причастности к контрреволюционной офицерской организации. И подавляющее большинство арестованных, как правило, под пытками подписывали всё, что им подсовывали следователи.

Над арестованными в Киеве почти 600 бывшими генералами и офицерами «трудились» не только сотрудники ГПУ, но и курсанты местной школы милиции, отрабатывавшие на подследственных приёмы рукопашного боя. Как результат – более 95% «признаний», почти 160 вынесенных смертных приговоров. Попал в это число и князь Голицын.

Постановление о расстреле Константина Голицына было вынесено 20 апреля 1931 года. Однако расстреляли его лишь одиннадцатью днями позже вместе с бывшим прапорщиком Левицким и подполковником Белолипским, который в 20-е годы переквалифицировался в актёра и играл первые роли на подмостках киевских театров. Какая судьба постигла супругу Константина Александровича – неизвестно. Офицеров, расстрелянных по делу «Весна», закапывали в братских могилах на Лукьяновском кладбище. Там их останки покоятся и до сих пор.

Трагически сложилась судьба и Георгия Гончаренко. В эмиграции он оказался один. По некоторым данным, его жена и двое детей, оставшихся в Советской России, были репрессированы. А в 1940 году, после того как в Ригу вступила Красная армия, НКВД добралось и до генерала. Обстоятельства его гибели доподлинно неизвестны, тем не менее сохранилась очень красивая легенда.

По преданию, генерал Гончаренко, известный своей журналистской деятельностью и непримиримой позицией по отношению к советской власти, был арестован уже в первые часы после вступления в Латвию Красной армии. При аресте у него нашли двенадцать из четырнадцати книг, не хватало только «Красного хоровода». В НКВД хорошо знали, с кем имеют дело, и в сопровождении охраны генерала послали домой – за двухтомником. Но там, дождавшись, когда охранники выйдут из комнаты в коридор, 63-летний генерал быстро смастерил петлю и набросил себе на шею.

Ещё до прихода в Латвию Красной армии Юрий Галич обещал знакомым, что живым в руки большевиков не дастся. И старый императорский гвардеец выполнил последнее в своей жизни обещание.

focus.ua

 

«Поручик Голицын»

Автор текста (слов):
Звездинский М. 
Композитор (музыка):
Звездинский М. 

Четвертые сутки пылают станицы

Горит под ногами родная земля
Не падайте духом поручик Голицын
Корнет Оболенский налейте вина
Не падайте духом поручик Голицын
Корнет Оболенский налейте вина
А где-то их тройки проносятся к яру
Луна равнодушная смотрит им вслед
А в комнатах наших сидят комиссары
И девочек наших ведут в кабинет
А в комнатах наших сидят комиссары
И девочек наших ведут в кабинет
Мы сумрачным Доном идем эскадроном
Так благослови ж нас
Россия страна
Поручик Голицын раздайте патроны
Корнет Оболенский надеть ордена
Поручик Голицын раздайте патроны
Корнет Оболенский надеть ордена
Мелькают Арбата знакомые лица
Хмельные цыганки приходят во снах
За что же мы дрались поручик Голицын
И что теперь толку в моих орденах
За что же мы дрались поручик Голицын
И что теперь толку в моих орденах
А утром как прежде забрезжило солнце
Корабль Император застыл как стрела
Поручик Голицын быть может вернемся
К чему нам поручик чужая страна
Поручик Голицын быть может вернемся
К чему нам поручик чужая страна

«Пору́чик Голи́цын» — одна из самых известных так называемых «белогвардейских песен» в жанре городского романса, в начале 1980-х получившая популярность как в СССР, так и среди третьей волны эмиграции. После перестройки стала открыто исполняться в России различными певцами. Среди исполнителей: Аркадий Северный (первое датированное исполнение), Михаил ГулькоВилли ТокаревОлеся ТроянскаяВалерий АгафоновЖанна Бичевская (на свою собственную музыку), Михаил ЗвездинскийАлександр Малинин(исполнял вариант Жанны Бичевской), Борис Георгиевский (на украинском языке), группа «Бони НЕМ», и даже политик Владимир Жириновский.

Содержание

 [скрыть

История[править | править код]

Первым датированным исполнением песни «Поручик Голицын» можно считать запись Аркадия Северного в середине мая 1977 года[1] в Одессе с ансамблем «Черноморская Чайка». Текст песни подготовил друг и звукооператор Владислав Коцишевский.

С песней связан ряд взаимоисключающих легенд: что она возникла в среде первой (белогвардейской) эмиграции и была популярна уже до Второй мировой войны (некоторые приписывали её даже Марине Цветаевой); что она была написана Георгием Гончаренко, известным под псевдонимом Юрий Галич; что она была написана или Михаилом Звездинским, или другими бардами — его современниками (М. ГулькоА. ДнепровымАлександром Дольским или Александром Розенбаумом). Известно, что её нет ни в каких сборниках аутентичных белогвардейских песен, эмигранты старшего поколения в 1970—1980-е годы её не знали.[2] Однако она, возможно, существовала в 1960-х — поскольку 1967 годом датируется посмертно опубликованное стихотворение Вадима Делоне «Моя роль в революции»[3], которое является её переделкой.

В 1974 году была опубликована повесть Николая Самвеляна «Послесловие к жизни Кольки»[4], в которой один из героев, «бывший деникинский подпоручик» Василий Николаевский, поёт строфу этой песни:

Четвёртые сутки пылают станицы,
Исходит дождями Донская страна.
Раздайте патроны, поручик Голицын,
Корнет Оболенский, налейте вина…

В 1980-х годах в устах различных исполнителей появилось много вариантов «Поручика», где изменены слова и целые строки, сокращено количество строф. Известны также разные варианты музыки.

В советском пропагандистском фильме «Заговор против страны Советов» (фильм № 1) 1984 года (режиссёр Екатерина Вермишева, Киностудия ЦСДФ), в качестве «звуковой иллюстрации» к кадрам, показывающим русскую эмиграцию первой волны, был использован фрагмент песни «Поручик Голицын» в исполнении Аркадия Северного.

В 1990-х годах появились вариации на ту же тему, отсылающие к эмиграции уже не из России, а из Советского Союза:[источник не указан 932 дня]

О, русское солнце, великое солнце!
Мне режет глаза ослепительный луч.
Поручик Голицын, а может, вернемся
Туда, где меня запирали на ключ…

В последние годы[когда?] пропагандируется утверждение украинского исполнителя Василя Лютого[uk] (псевдоним — Живосил Лютич) о том, что «Поручик Голицын» есть переделка песни «Мій друже Ковалю»[uk], якобы написанной в 1949 году неким Николаем Матолой из УПА[5]. Независимых подтвержений этого утверждения (а также самого существования как подходящего Миколы Матолы, отличного от закарпатского поэта Николая Матолы[uk] 1952 года рождения, так и текста песни «Мій друже Ковалю» до Василя Лютого) нет.

  1.  http://www.blat.dp.ua/chaika/sevch4.htm Концерты Аркадия Северного с ансамблем «Черноморская Чайка»
  2.  В этом отношении показательна заметка Валентина Зарубина «Господа офицеры» в № 1759 газеты эмигрантов-монархистов «Наша страна» (Аргентина) от 14 апреля 1984 года [1]: там написано, что берлинских монархистов с этой песней познакомила «молодая певица Люда Кравчук, недавно попавшая на Запад из Советского Союза», которая сказала, что «автор стихов неизвестен, но эту песню она знает по Москве, её поют многие, она очень популярна». Автор заметки ставит «Поручика Голицына» в один ряд с такими авторскими «белогвардейскими» песнями, как «Вальс юнкеров» Б. Алмазова и «Господа офицеры» А. Дольского.
    Подобным же образом, как «стихотворение, каким-то способом добравшееся до нас из Советского Союза», характеризует «Поручика Голицына» эмигрант первой волны В. В. Бодиско (Венесуэла) в своей рецензии на роман «Белые тени» Ивана Дорбы, напечатанной в нью-йоркском журнале «Кадетская перекличка», № 39, ноябрь 1985, стр. 57—70 (цитата взята со стр. 59), онлайн-версия: https://archive.org/details/kadetskaiaperekl39858800.
  3.  Вадим Николаевич Делоне — Моя роль в революции
  4.  Самвелян Н. Г. Послесловие к жизни Кольки // Родники: Альманах. Вып. 2. / сост. В. Никитина. — М.: «Молодая гвардия», 1974, стр. 7—52; песня цитируется на стр. 40.
  5.  Вероятно, впервые оно было обнародовано в материале Олены Билозерской «Василь Лютий: „Відчуваю момент, коли слід кинути бандуру і взятися за зброю“» // «За нашу Україну», № 2, 13.1.2006; онлайн-версия: http://untp.org.ua/index.php?id=154
  6.  Вино «Поручик Голицын» // Массандра: Описание вин (буклет). Ялта, 2008.

***

С любимыми не расставайтесь!

1801
«Балладу о прокуренном вагоне» знают все, автора – единицы. А между тем, это удивительный поэт, с сильнейшей любовной лирикой, мучительной, страстной. Стихи его чаще короткие, очень образные, как в японской поэзии.
Александр Кочетков. Его очень часто и очень несправедливо называют поэтом одного стихотворения. Но зато какого — «С любимыми не расставайтесь!»
Не слова – заклинание. Написаны в одночасье, по реальным событиям. Летом 1932 года Александр с женой Ниной отдыхал в Ставрополе у ее отца. Ему надо было уезжать раньше, билет на поезд Сочи-Москва лежал в кармане, но в самый последний момент Кочетков сдал его, чтобы хоть на три дня отсрочить расставание с любимой. Три дня промелькнули, как один, он вернулся в Москву, где друзья восприняли его появление, как чудо воскрешения. Оказалось, поезд, на который был сдан билет, попал в страшную аварию на станции «Москва-товарная». Погибли многие знакомые Кочеткова, возвращавшиеся из сочинского санатория. В первом же письме, которое Нина получила от мужа из Москвы, было стихотворение «Вагон»…
Опубликовали его впервые лишь в 1966 году, уже после смерти поэта. При жизни этот очень добрый и скромный человек не получил ни наград, ни признания, хотя его знаменитые стихи прогремели задолго до того, как прозвучали у Рязанова в «Иронии судьбы» — во время войны их переписывали от руки и посылали в письмах, так же, как и «Жди меня» Симонова. Они ходили по фронтам часто без имени автора, как народные…
Поэт Лев Озеров, влюбленный в творчество Кочеткова, приложил немало усилий, чтобы имя автора не забыли. Он вспоминал, что это был человек большой доброты и честности, обладавший даром сострадания к чужой беде. Постоянно опекал старух и кошек. Деньги у него не водились, а если и появлялись, то немедленно перекочевывали под подушки больных, в пустые кошельки нуждающихся. Он был беспомощен в отношении устройства судьбы своих сочинений. Стеснялся относить их в редакцию. А если и относил, то стеснялся приходить за ответом. Боялся грубости и бестактности…
В мае 1953-го Александр Кочетков умер и был похоронен в Москве на Донском кладбище. Долгое время место оставалось неизвестным, пока в 2014-м заброшенную ячейку в колумбарии не обнаружили члены Общества некрополистов. Они привели ее в порядок, установив плиту, закрывающую нишу…
sadalskij.livejournal.com

(“Баллада о прокуренном вагоне”)

Любой русский человек, которых хоть раз видел фильм “Ирония судьбы, или с легким паром” знает это стихотворение. Вообще-то оно называется “Баллада о прокуренном вагоне”, но чаще всего его помнят по той самой строчке, которую я написала в заглавии поста.

Я не страстный любитель поэзии – никакой, даже самой талантливой. Но есть стихи, которые западают в душу настолько, что к ним невозможно относиться равнодушно. Одно из них – “Баллада о прокуренном вагоне” Александра Кочеткова.

Вот история его написания.

Сначала само стихотворение.

БАЛЛАДА О ПРОКУРЕННОМ ВАГОНЕ

– Как больно, милая, как странно,
Сроднясь в земле, сплетясь ветвями,-
Как больно, милая, как странно
Раздваиваться под пилой.
Не зарастет на сердце рана,
Прольется чистыми слезами,
Не зарастет на сердце рана –
Прольется пламенной смолой.

– Пока жива, с тобой я буду –
Душа и кровь нераздвоимы,-
Пока жива, с тобой я буду –
Любовь и смерть всегда вдвоем.
Ты понесешь с собой повсюду –
Ты понесешь с собой, любимый,-
Ты понесешь с собой повсюду
Родную землю, милый дом.

– Но если мне укрыться нечем
От жалости неисцелимой,
Но если мне укрыться нечем
От холода и темноты?
– За расставаньем будет встреча,
Не забывай меня, любимый,
За расставаньем будет встреча,
Вернемся оба – я и ты.

– Но если я безвестно кану –
Короткий свет луча дневного,-
Но если я безвестно кану
За звездный пояс, в млечный дым?
– Я за тебя молиться стану,
Чтоб не забыл пути земного,
Я за тебя молиться стану,
Чтоб ты вернулся невредим.

Трясясь в прокуренном вагоне,
Он стал бездомным и смиренным,
Трясясь в прокуренном вагоне,
Он полуплакал, полуспал,
Когда состав на скользком склоне
Вдруг изогнулся страшным креном,
Когда состав на скользком склоне
От рельс колеса оторвал.
Нечеловеческая сила,
В одной давильне всех калеча,
Нечеловеческая сила
Земное сбросила с земли.
И никого не защитила
Вдали обещанная встреча,
И никого не защитила
Рука, зовущая вдали.

С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
Всей кровью прорастайте в них,-
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
Когда уходите на миг!

1932

Для меня было полной неожиданностью узнать, когда написано стихотворение – в какой страшный период русской истории. А вот отрывок из статьи Льва Озерова об истории написания баллады.

————————————————————————————–

Об истории появления “Баллады” рассказывает жена поэта Нина Григорьевна Прозрителева в оставшихся после ее смерти и до сих пор не опубликованных записках:

“Лето 1932 года мы проводили в Ставрополе у моего отца. Осенью Александр Сергеевич уезжал раньше, я должна была приехать в Москву позднее. Билет был уже куплен – Ставропольская ветка до станции Кавказской, там на прямой поезд Сочи – Москва. Расставаться было трудно, и мы оттягивали как могли. Накануне отъезда мы решили продать билет и хоть на три дня отсрочить отъезд. Эти же дни – подарок судьбы – переживать как сплошной праздник.
Кончилась отсрочка, ехать было необходимо. Опять куплен билет, и Александр Сергеевич уехал. Письмо от него со станции Кавказской иллюстрирует настроение, в каком он ехал. (В этом письме есть выражение “полугрущу, полусплю”. В стихотворении – “полуплакал, полуспал”.)

В Москве, у друзей, которых он извещал о первом дне приезда, его появление было принято как чудо воскрешения, так как его считали погибшим в страшном крушении, которое произошло с сочинским поездом на станции Москва-товарная. Погибли знакомые, возвращавшиеся из сочинского санатория. Александр Сергеевич избежал гибели потому, что продал билет на этот поезд и задержался в Ставрополе.

В первом же письме, которое я получила от Александра Сергеевича из Москвы, было стихотворение “Вагон” (“Баллада о прокуренном вагоне”)…”

Убереженный судьбой от происшедшего накануне крушения поезда, поэт не мог не думать над природой случайности в жизни человека, над смыслом встречи и разлуки, над судьбой двух любящих друг друга существ.
Так мы узнаем дату написания – 1932 год – и исполненную драматизма историю стихотворения, которое было напечатано спустя тридцать четыре года. Но и ненапечатанное, оно в изустной версии, передаваемое от одного человека к другому, получило огромную огласку. Я услышал его в дни войны, и мне (и многим моим знакомым) оно казалось написанным на фронте. Это стихотворение стало моим достоянием – я с ним не расставался. Оно вошло в число любимых.

Первым, кто рассказал мне историю бытования “Баллады о прокуренном вагоне”, был друг А. С. Кочеткова, ныне покойный писатель Виктор Станиславович Виткович. Зимой 1942 года в Ташкент приехал участник обороны Севастополя писатель Леонид Соловьев, автор прекрасной книги о Ходже Насреддине “Возмутитель спокойствия”. В ту пору в Ташкенте Яковом Протазановым снимался фильм “Насреддин в Бухаре” – по сценарию Соловьева и Витковича. Виткович привел Соловьева к жившему тогда в Ташкенте Кочеткову. Тогда-то Соловьев и услышал из уст автора “Балладу о прокуренном вагоне”. Она ему очень понравилась. Более того, он фанатически полюбил это стихотворение и текст его увез с собой. Казалось оно только что написанным. Так его воспринимали все окружающие (а Соловьев – в ту пору корреспондент “Красного флота” – читал стихотворение всем встречным-поперечным). И оно не только увлекало слушателей – оно стало для них необходимостью. Его переписывали и посылали в письмах как весть, утешение, мольбу. В списках, различнейших вариантах (вплоть до изуродованных), оно ходило по фронтам часто без имени автора, как народное.

Впервые “Баллада о прокуренном вагоне” была опубликована мною (со вступительной заметкой о поэте) в сборнике “День поэзии” (1966). Затем “Баллада” вошла в антологию “Песнь любви” (1967), печаталась в “Московском комсомольце” и с тех пор все чаще и охотнее включается в различного рода сборники и антологии. Строфы “Баллады” берутся авторами в качестве эпиграфов: строка из “Баллады” стала названием пьесы А. Володина “С любимыми не расставайтесь”, чтецы включают “Балладу” в свой репертуар. Она вошла и в фильм Эльдара Рязанова “Ирония судьбы…” Можно сказать уверенно: стала хрестоматийной.

Это – о стихотворении.

Теперь об авторе, об Александре Сергеевиче Кочеткове. В 1974 году в издательстве “Советский писатель” отдельной книгой вышло самое крупное его произведение – драма в стихах “Николай Коперник”. Были опубликованы две его одноактные стихотворные пьесы: “Голова Гомера” – о Рембрандте (в “Смене”) и “Аделаида Граббе” – о Бетховене (в “Памире”). Вышли циклы лирических стихотворений в “Дне поэзии”, “Памире”, “Литературной Грузии”. Вот пока и все. Остальная (весьма ценная) часть наследия (лирика, поэмы, драмы в стихах, переводы) остается все еще достоянием архива…

Александр Сергеевич Кочетков – ровесник нашего века.

Окончив Лосиноостровскую гимназию в 1917 году, он поступил на филологический факультет МГУ. Вскоре был мобилизован в Красную Армию. Годы 1918-1919 – армейские годы поэта. Затем в разное время он работал то библиотекарем на Северном Кавказе, то в МОПРе (Международной организации помощи борцам революции) то литературным консультантом. И всегда, при всех – самых трудных – обстоятельствах жизни, продолжалась работа над стихом. Писать же Кочетков начал рано – с четырнадцати лет.

Хорошо известны мастерски выполненные им переводы. Как автор оригинальных произведений Александр Кочетков мало известен нашему читателю. А между тем его пьеса в стихах о Копернике шла в театре Московского Планетария (был такой весьма популярный театр). А между тем в соавторстве с Константином Липскеровым и Сергеем Шервинским он написал две пьесы в стихах, которые были поставлены и пользовались успехом. Первая – “Надежда Дурова”, поставленная Ю. Завадским задолго до пьесы А. Гладкова “Давным-давно” – на ту же тему. Вторая – “Вольные фламандцы”. Обе пьесы обогащают наше представление о поэтической драматургии довоенных лет. При упоминании имени Александра Кочеткова даже среди ярых любителей поэзии один скажет:

– Ах, ведь он перевел “Волшебный рог” Арнимо и Брентано?!

– Позвольте, это он дал ставший классическим перевод повести Бруно Франка о Сервантесе!- добавит другой.

– О, ведь он переводил Хафиза, Анвари, Фаррухи, Унсари и других творцов поэтического Востока!- воскликнет третий.

– А переводы произведений Шиллера, Корнеля, Расина, Беранже, грузинских, литовских, эстонских поэтов!- заметит четвертый.

– Не забыть бы Антала Гидаша и Эс-хабиб Вафа, целой книги его стихов, и участие в переводах больших эпических полотен – “Давида Сасунского”, “Алпамыша”, “Калевипоэга”!- не преминет упомянуть пятый.

Так, перебивая и дополняя друг друга, знатоки поэзии вспомнят Кочеткова-переводчика, отдавшего столько сил и таланта высокому искусству поэтического перевода.

Александр Кочетков до самой смерти (1953) упоенно работал над стихом. Он казался мне одним из последних выучеников какой-то старой живописной школы, хранителем ее секретов, готовым передать эти секреты другим. Но секретами этими мало кто интересовался, как искусством инкрустации, изготовления крылаток, цилиндров и фаэтонов. Звездочет, он обожал Коперника. Меломан, он воссоздал образ оглохшего Бетховена. Живописец словом, он обратился к опыту великого нищего Рембрандта.

За сочинениями Кочеткова возникает их творец – человек большой доброты и честности. Он обладал даром сострадания к чужой беде. Постоянно опекал старух и кошек. “Чудак этакий!” – скажут иные. Но он был художником во всем. Деньги у него не водились, а если и появлялись, то немедленно перекочевывали под подушки больных, в пустые кошельки нуждающихся.

Он был беспомощен в отношении устройства судьбы своих сочинений. Стеснялся относить их в редакцию. А если и относил, то стеснялся приходить за ответом. Боялся грубости и бестактности.

До сих пор мы в большом долгу перед памятью Александра Кочеткова. Он полностью не показан еще читающей публике. Надо надеяться, что это будет сделано в ближайшие годы.

Хочу самым беглым образом обрисовать его внешность. У него были длинные, зачесанные назад волосы. Он был легок в движениях, сами движения эти выдавали характер человека, действия которого направлялись внутренней пластикой. У него была походка, какую сейчас редко встретишь: мелодична, предупредительна, в ней чувствовалось что-то очень давнее. У него была трость, и носил он ее галантно, по-светски, чувствовался прошлый век, да и сама трость, казалось, была давняя, времен Грибоедова.

Продолжатель классических традиций русского стиха, Александр Кочетков казался некоторым поэтам и критикам тридцатых – сороковых годов этаким архаистом. Добротное и основательное принималось за отсталое и заскорузлое. Но он не был ни копиистом, ни реставратором. Он работал в тени и на глубине. Близкие по духу люди ценили его. Это относится, в первую очередь, к Сергею Шервинскому, Павлу Антокольскому, Арсению Тарковскому, Владимиру Державину, Виктору Витковичу, Льву Горнунгу, Нине Збруевой, Ксении Некрасовой и некоторым другим. Он был замечен и отмечен Вячеславом Ивановым. Более того: это была дружба двух русских поэтов – старшего поколения и молодого поколения. С интересом и дружеским вниманием относилась к Кочеткову Анна Ахматова.

Впервые я увидел и услышал Александра Сергеевича Кочеткова в Хоромном тупике в квартире Веры Звягинцевой. Помнится, тогда были с нами Клара Арсенева, Мария Петровых, Владимир Любин. Мы услышали стихи, которые мягко, душевно читал автор, необычайно мне понравившийся. В тот вечер он услышал в свой адрес много добрых слов, но вид у него был такой, будто все это говорилось не о нем, а о каком-то другом поэте, заслужившем похвалу в большей степени, чем он сам.

Он был приветлив и дружелюбен. Каким бы он ни был печальным или усталым, его собеседник этого не чувствовал.

Собеседник видел перед собой, рядом с собой милого, душевного, чуткого человека.

Даже в состоянии недуга, недосыпа, нужды, даже в пору законной обиды на невнимание редакций и издательств Александр Сергеевич делал все для того, чтобы его собеседнику или спутнику это состояние не передавалось, чтобы ему было легко. Именно с такой идущей от души легкостью он однажды обернулся ко мне и, мягко стукнув тростью по асфальту, сказал:

– У меня имеется одно сочинение, представьте себе – драма в стихах. Не составит ли для вас труда познакомиться – хотя бы бегло – с этим сочинением? Не к спеху, когда скажете и если сможете…

Так, году в 1950-м, ко мне попала драматическая поэма “Николай Коперник”.

Начав с истории одного стихотворения (“Баллада о прокуренном вагоне”), я обратился к его автору и его истории.

Они совпадают, эти истории. Судьба автора и судьбы его произведений накладываются друг на друга. И из этих историй, из этих судеб внимательный читатель создает образ поэта и размышляет о времени, в которое он жил.

От одного стихотворения тянется нить к другим произведениям, к личности поэта, так ему полюбившегося и ставшего для него близким другом и собеседником.

Эта книга избранных произведений поэта представляет разные жанры его творчества: лирику, драматические новеллы (так назвал их сам А. С. Кочетков), поэмы.

В работе над книгой я пользовался советами и архивами друзей поэта – В. С. Витковича и Л. В. Горнунга, между прочим передавшего мне сделанный им снимок Александра Кочеткова, помещенный в этой книге. Приношу им свою благодарность.

Источник: Александр Кочетков. С любимыми не расставайтесь! Стихотворения и поэмы. Москва: Советский писатель, 1985.

adamsnotes.net

https://yastatic.net/safeframe-bundles/0.45/1-1-0/render.html