Московия и Крымское ханство в XVI – конец XVII вв. 1475 — 1689

Московия и Крымское ханство в XVI – конец XVII вв. Распад военного союза, начало противостояния. Набеги крымских ханов на Московию. Крымские походы Василия Голицына.

Постоянные набеги крымских татар на литовско-польские и украинско-русские земли начались с 1507 года, после смерти московского великого князя Ивана III Васильевича. Они грабили, собирали дань и захватывали пленников для продажи и получения выкупа. Антирусские договоры Польши, Литвы и Крымского ханства подписывались в 1507, 1513, 1516, 1520 годах. Самые опасные и страшные набеги на московские земли происходили в 1516, 1537, 1555, 1570, 1572, 1589, 1593, 1640, 1666, 1667, 1671, 1688 годах. За один набег татары уводили от пяти до пятидесяти тысяч человек. Пленные продавались в Кафе (Феодосия), Карасубазаре (Белогорск), Бахчисарае и Гезлеве. Крымское ханство как вассал Порты обязано было проводить внешнюю политику, враждебную Московскому государству, однако татарские ханы часто выступали на русской стороне во время войн Москвы с Литвой и Польшей, не желая чрезмерного усиления ни того, ни другого государства. Совершив в 1521 г. набег на Московию, хан Мухаммед Гирей вернулся в Крым, где в 1523 году в междоусобной войне был убит князьями Ногайской Орды. В этом походе вместе с ногайцами участвовали и первые украинские казаки со своим военным вождем Евстафием Дашкевичем. Бывший литовский воевода стал черкасско-каневским старостой и превратил Черкассы и Канев в центры украинского казачества. Численность казаков уже через сто лет составляла более ста тысяч воинов. После набега большой татарской орды на Черкассы в 1531 году, казаки предложили польскому правительству организовать регулярную охрану государственных границ в устье Днепра. Эти предложения были даже одобрены на сейме в Пиотрокове, но оставлены без исполнения. Казакам был подарен укрепленный городок Чигирин. В середине XVI века Московия с переменным успехом отбивалась от татарских набегов. Формально Крымское ханство было союзником Польско-Литовского государства против Москвы, что, впрочем, не мешало татарам в 1489, 1494, 1499, 1500, 1502, 1508, 1509, 1524 годах совершать опустошительные набеги на земли Подольского, Галицкого, Волынского, Киевского воеводств, принадлежавших тогда Литве. Усилиями шляхтича Дмитрия Вишневецкого, позже ставшего запорожским кошевым атаманом, южная граница Польши охранялась крепостями на Днепре. Позже Вишневецкий перешел на русскую службу. Иван IV прикладывал серьезные дипломатические усилия в конце 50-х годов XVI в. по созданию антитатарской коалиции с западным соседом, но они не увенчались успехом. В 1559 г. экспедиция Адашева в Крым заставила хана Девлет Гирея искать диалога с Москвой. В 1564 г. состоялся обмен грамотами. В 1569 г. объединенное турецко-татарское войско потерпело неудачу в походе против захваченного Москвой астраханского ханства, а повторная попытка вернуть Астрахань и Казань закончилась в 1572 г. разгромом крымского войска при Молодях воеводой Воротынским. К концу XVI века Крымское ханство достигло предела своего могущества. Совместная турецко-крымская политика делала невозможным создание в Восточной Европе антитурецкого союза. Крымскому ханству платили дань племена адыгов; Молдавия, Польша и до 1685 года Россия. За вторую половину XVI века на Московское государство было совершено сорок восемь набегов крымских татар. Набеги совершались не только ханом, но и крымскими беками и мурзами по собственной инициативе. Московское государство защищалось от крымско-татарских и ногайских набегов укрепленными линиями, образованными цепочками больших и малых городов-крепостей – «засечными чертами». С 1632 года крымско-татарские войска регулярно нападали на Московское царство, доходя до Тулы, Каширы, Серпухова. За первую половину XVII века из русских земель татарами было угнано более 200 000 человек, около 4-х процентов населения, Украина потеряла еще больше. Во второй половине XVII века разгорается конфликт между польским правительством и украинскими казаками, к тому времени представлявшими серьезную военную силу. Гетман Хмельницкий пытался заручиться поддержкой Крыма в борьбе против поляков, но татары показали себя весьма ненадежными союзниками, лавируя между противоборствующими сторонами. В конце концов 8 января 1654 года в Переяславле был создан военный союз Украины и Московского государства, гарантированный протекцией московского царя над Украиной. Украина юридически освободилась от власти Польши и стала независимым государством. В 1660 году, после поражения под Чудновом на Волыни объединенного русско-украинского войска от поляков, Украина была поделена на две части – Левобережная часть осталась в составе Московского государства, а Правобережная часть опять вошла в Польское государство. Это было юридически узаконено договором, подписанным Польшей и Москвой в 1667 году в Андрусове. 27 апреля 1670 года между Россией и Крымским ханством был подписан мирный договор, в котором хан с оговорками признал включение Левобережной Украины в состав России. В конце 1679 года к хану Мурад-Гирею в Крым для определения границ между двумя государствами отправились московские послы Сухотин и Михайлов, но договориться с ханом не смогли. В августе 1680 года для окончания переговоров в Крым прибыли стольник Василий Тяпкин и дьяк Никита Зотов, договорившиеся с ханом Мурад Гиреем о перемирии на двадцать лет с 13 января 1681 года. В начале 1680-х годов Австрия, Венеция, Польша, Ватикан и Московское государство составили антитурецкую и антикрымскую «Священную Лигу». 21 апреля 1686 года между Россией и Польшей был заключен «вечный мир», произошел разрыв Москвы с Турцией и Крымским ханством. Россия и Польша договорились о совместной защите своих государств от крымских татар и Турции. Осенью 1686 года стотысячное русское войско во главе с князем Василием Васильевичем Голицыным начало первый поход в Крым «для избавления Русской земли от нестерпимых обид и унижений от татар». Ни этот, ни последовавший зимой 1689 года поход успехами не увенчались.

 

Грамота крымского хана Сахиб-Гирея Великому Князю Ивану IV

1537 год.

Сахи́б I Гера́й (Сахиб-Гирей, крым. I Sahib Geray, ۱صاحب كراى‎, тат. Səxip Gərəy, Сәхип Гәрәй) (1501—1551) — хан Крыма в1532—1551 годах, хан Казани в 1521—1524 годах. Сын Менгли I Герая. Основатель Бахчисарая. (доставлена в Москву в ноябре 1537 г.) /Л. 419/ А се грамота другая царева о Казани. Великие орды великого царя силы находца и победителя Саиб Киреево царево слово московскому князю Ивану Васильевичю. Ярлык от царя. Царем ведомо да есть от царьского седалища слово то. Казань/Л. 419 об./ская земля мои юрт, а Сафа Гиреи царь брат мне. И после бы еси сего дня воины на Казанскую землю не чинил, так же еси, недружбу делая, рати своей не посылал бы еси, как было в предния времена, послов своих и гостей посылал бы еси, межи бы вас доброй мир был. А как до тебя сесь наш ярлык доидет, а ты на него воиною поидешь, а по сего нашего ярлыка речем межу собою миру не учините, и милосердаго Бога милостию меня на Москве смотри. А не помысли собе того, что с однеми татары буду, оприч тех, которые /Л. 420/ в наших волях татарские рати, а опроче пушечного и пищального наряду счасливаго хандикеря вселенского величества конную рать и янычен холопов взяв, иду. И дружба и недружба от кого придет, толды ведаеш. И опосле прибытка не будет. А хоти к нам с тем нашим паробком Дервиш Алеем, кого к нему прикошевав, куны и поминки пошлешь к нам, а с Казанью не помирився и ты не посылай, тол ко же с Казанским юртом помиришься, и ты посылай, занже кто ему друг, тот и мне друг, а кто ему недруг, тот мне недруг, так бы еси ведал. И ныне сею дорогою к брату своему ко царю слугу своего Телевлюа /Л. 420 об./ послал есмы. И сем нашим писаным речем толко их поймешь, знамены то к нашему паробку к Телелаюю прикошевав своего человека, послал бы еси в Казань да отпустил бы еси наборзе. И после сего дни вперед к брату моему ко царю учнеш посылати, и яз наперед к тобе пошлю, и ты, своего доброго человека прикошевав, к нему учнеш за все посылати, потому наше одиначество от того дела познаетца. Казань — мои стол и земля моя, а учнеш ее воевати, и ты мне недруг лих будеш, и только доброво миру с ним не учинишь, и ты бы собе никоторого иного мненья в мысли не держал /Л. 421/, милосердаго Бога милостью на Москве нас смотри. И толко наше слово примешь, и ты над своим недругом будеш, и со мною содиначишся, иные земли многая моя рать, тое земли кунами сы тостны будут даваньем обычаино от Бога. И толко что в сем ярлыке писаны которые речи, и ты их не примеш, и ты худ будеш, и недруг твои над тобою будет. Никак в мысли хитрости не держи, а опосле в думе не будет помочи. Нечто по первому реку Оку хребет собе хочеш держати, и ты на воду не надейся, Оки реки тобе не покажут. И ты б ранее собе прямо помыслил про свое дело, а не помыслишь собе того, и то как Магмет Киреи /Л. 421 об./ царь приходил, более того со мною будет силы и рати и мочи, так бы еси ведал, [238] оприч моей рати будет со мною сто тысяч турскои рати да пять тысеч янычен, так бы еси ведал. Молвя, жиковиною запечатав, грамоту послал есми. Лета девятьсот четыредесят четвертого. Цитируется по: РГАДА. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Кн. 8. Л. 419-421 об.

Грамота крымского хана Сахиб – Гирея Ивану IV

1538 год.

Грамота Крымского хана Сахиб Гирея Ивану IV, датированная 1538 г. — достаточно показательный документ для характеристики отношений Крыма и Московии периода правления Грозного — смесь угроз и предложений о возможном сотрудничестве.

Грамота Ивана III Менгли- Гирею

1474 год. «Грамота Великого князя Иоанна Васильевича данная крымскому царю Менгли Гирею и крестным целованием с приложением золотой печати, утвержденная с уверением: о безопасном приезде ему царю в Россию, есть ли по какому либо нещастью лишится владения своего, о непритеснении как его, так и будущих при нем и о взыскании в таком случае возможных способов возвратить ему потерянный им отцовский в Крыму престол» Цитируется по: Андреев А.Р., История Крыма, 2002

Письмо настоятеля церкви в Alba-Iulia Доминика, протонотария папского, с донесением в 1475 году, что Каффа взята турками и воеводы Стефан Молдавс

 1475 год.  Вам желательно знать от меня вкратце высокороднейший посланник, каким образом город Каффа, принадлежавший до сих пор генуэзцам был взят турками. Исполняя ваше желание расскажу то, что я слышал от самого Стефана воеводы Молдавского в бытность у него в посольстве от его величества государя нашего короля Матвея и проч. Этот государь тронутый столь внезапным бедствием и величиною угрожающей опасности, которой следовало бояться по причине близости места, приказал тщательно расследовать это дело, как оно происходило, ибо, как говорят соотечественники, (Каффа), если плыть водою с попутным ветром, находится от Молдавии на расстоянии одних суток, если же ехать сушею, на расстоянии 4 или 5 дней. Причиной столь великого несчастия была ссора между двумя старшими князьями татарскими из коих один, желая царствовать и полагаясь на помощь своих подданных, изгнав другого из отечества, заставил его жить в изгнании в Каффе. Он же, видя, что с каждым днем у него уменьшается надежда поймать врага, прибегнул к уловке и послал посольство к турку, предлагая поделиться добычей, если он захочет подать помощь при взятии города, с условием однако ж, выраженным в особом договоре, что если удастся взять город, будет зависеть от татарина завладеть или городом или найденной в нем добычей, турок же должен довольствоваться тем, что ему уступит татарин. Турок, пользуясь представившимся случаем, отправляет сейчас готовое войско на флот под предводительством и командой Паши-Востока. Татарин, думая, что ему придут в помощь, придвинул сейчас и сам свои войска к городу. Таким образом, несчастный город, окруженный с моря и с суши, частью чрез измену своих граждан, частью оружием, достался во власть турка, после взятия сперва самого города, а затем бывшей в нем крепости. Турок, по своему старому обычаю, завладев городом, нарушил договор и, считая всю добычу своей, лишил татарина права владеть взятым городом и взятой добычей. Люди взрослого возраста, которых средства и ум подавали повод к опасению, для того, чтобы не составили какого либо против него умысла, были отведены в Константинополь, а (в Каффе) оставлен только простой народ, над которым поставлен начальником с 10 тыс. пехоты для защиты города какой то грек из Трапезунта. Татарин живший в изгнании был взят и казнен и его голова водруженная на пику с двумя знаменами богато вышитыми золотом, которыми пользовались (прежние) правители города, вместе с 500 девицами и столькими же мужчинами, которых в этой добыче признали выдающимися красотой и летами, послали в дар турку, и как сообщил преподобный отец Николай Tинский (Tinensis), получивший это известие от воеводы валашского, который тогда по приказанию нашего князя был в тех местах с подобным же посольством, из добычи этого города посланы были к турку тысяча одиннадцать кожаных мешков полных денег, не считая другой утвари, драгоценных камней и других драгоценных вещей, каждый же (мешок) у этого народа обыкновенно заключает 600 дукатов (quorum quilibet more illius gentis solitus est continere 600 ducatos). Довожу также до сведения вашего высокородия, уведомляя о положении дел в тех местах, что оба князя, как Стефан Молдавский, так равно и Божорад валашский (Transalpine), при посредничестве моем и преподобного отца Тинского вместе со всем краем (patria) принесли торжественно присягу верности на всегдашнее подданство его королевскому величеству и его священной короне и лично и совсем народом обеих стран (patria) вооружаются ныне для службы нашему государю против турка и мы верим не сомневаясь, что из обеих областей для настоящего похода предпринятого снова против турка, будет набрано 60 тыс. воинов в службу Его Величеству. Вот новости, которые сообщаем согласно с вашим желанием…. (пер. В. Юргевича) Цитируется по: Письмо настоятеля церкви в Alba-Iulia Доминика, протонотария папского, с донесением в 1475 году, что Каффа взята турками и воеводы Стефан Молдавский и Божорад Валашский принесли присягу на верность королю Венгерскому // Записки Одесского общества истории и древностей. Т. 17. Одесса. 1894 Председатель Рагузского городского совета доносит Венецианскому дожу Пиетро Мочениго о несчастной гибели Кафы и Теодоро

Пресветлейший Князь и Государь! Сим извещаю вкратце Ваше Величество о том, что нам передают наши представители из Константинополя: В прошлом году, в Понт Эвксинский, известный также под названием Верхнего моря, вошли 440 турецких судов. Этот флот, о коем знает уже Ваша Светлость, завладел Каффой, вместе с семью другими городами, подвластными Каффе. Жадный дракон велел отправить в Константинополь из Каффы 500 генуэзских и других латинских семейств. Он захватил еще два соседи их с Таной укрепленных христианских замка. Все вышесказанное было совершено турками в этом Верхнем море. Но в истекшем декабре, в этом же Верхнем море, Турки захватили также графство “Алекса”. Город этот, по своему естественному положению, неприступен и окружен искусными укреплениями. Его обычно называют Тодорезой. Граф, властелин этой местности, имел, как говорят, в городе и окружающей его территории, 30,000 подвластных домов (семейств). Так как невозможно было покорить графа силой, его принудили сдаться голодом. Город был занят неприятелем, и властелин его, с подданными горожанами и поселянами очутились во власти тирана. Взятый в плен со всею семьею и увезенный в Константинополь, граф был там задушен. Его супруге и дочерям тиран подарил жизнь, оставив их для своей прихоти, чтобы не сказать для своего злоупотребления. Турок еще в прошлом году намеревался напасть к Молдавию, но он от этого отказался, опасаясь возмездия со стороны Его Величества Короля Венгерского. Ведь этот государь не колебался оказать свою милость Стефану, Господаре Молдавскому. В настоящем году все прочие планы султана осуществлены. Теперь его взоры направлены на Дунай. Анонимное письмо из Хиоса о взятии Кафы и о дальнейших действиях турецкого флота в Черном море

(Перев. с итальянск.) 1475 год. 17 июля (8 июля ст.ст.)  Иисус. 1475 год, 8 день июля, остр. Хиос. Копия донесения, датированного 26 июня, из Перы. Снявшись с якоря в Константинополе 20 мая, турецкий флот доплыл до Каффы в 1-й день июня, и, без всякого сопротивления, тотчас же высадился на сушу и принялся немедленно бить защитные стены со стороны суши. Хан татарский, чувствуя свое бессилие удержать свою власть над своим народом, решил спастись от смерти и скрылся в Каффу вместе с 1,500 всадниками, оставив за стенами, в степи, своего Бассу, некоего Эминеха, со всем остальным народом. Этот Эминех привлек на свою сторону всех Татар и, отправившись к начальнику флота, привез с собой свежие припасы и предложил ему свои услуги. Таким образом он помог Туркам против Каффинцев, и в продолжение четырех суток Турки проламывали стены города. На пятый день Каффа сдалась, потому что горожане, Греки и Армяне, восстали против Латинцев. Эти последние, чувствуя себя численностью слишком слабыми, чтобы дольше защищаться, объявили турецкому начальнику, что желают сдаться, иначе было бы перерезано столько Латинцев, сколько их нашлось бы в Каффе. Вот причина, почему Латинцы, не будучи в сил противостоять этой местной толпе, сдались адмиралу. Какая последовала судьба стольких душ, еще нет сведений, но пишут, что полагают определить тогдашнее население числом слишком в семьдесят тысяч человек, большая часть которых должны были погибнуть. Боже всесильный, будь им милосердным! Можно сказать, что турецкий адмирал, благодаря Татарам, завладел Каффой почти без боя. Армада должна была тотчас же отправиться оттуда дальше на Никостано 19 и Мокастро. Турки могут быть уверены, что посредством обложения они немедленно займут эти крепости. Подобно Каффе, многие другие соседние местности, как Гофия, Чимбалло, Сольдая, равно и некоторые пункты Цихии и Татарии, изъявят свою покорность и сдадутся на капитуляцию. Поэтому несомненно, с таким же счастьем они достигнут и в Валахии своей цели, чего помилуй Бог! и как только они завладеют этой страной, непременно замыслят направить свой флот на Цозо (?). Более вероятно, что они нападут на этот город, чем на другой, и это должно произойти приблизительно через месяц. Об этом обстоятельстве мы имеем точные сведения, ибо, по распоряжению самого Султана, Турки запасаются мукой в Анатолии, как нам недавно писал Асапи (?). Предвидеть конец всего этого невозможно. Да расстроит всемогущий Бог их замысел! Срочное донесение, приложенное к дипломатической корреспонденции Севастиана Бадоаро, венецианского посла при короле венгерском, дожу Вен

1475 год. 9 июля (30 июня ст.ст.) Светлейший Князь, великолепнейший и почтеннейший Государь! Собственноручным письмом Его Величества Короля, мне повелено Вам донести о только что полученных Им письмах от Молдавского Воеводы Стефана, равно и от венгерского посла при этом последнем, Альба-Реал’я, о коем недавно я имел честь донести Вашей Светлости, именно о том, что турецкий флот стоит в настоящее время на рейде Каффы, которою он завладел вместе со всеми крепостями. Все италианцы и все именитые граждане упомянутого города изрублены. К туркам присоединились высшие татарские военачальники, а также заальпийцы (sic), к гибели для вышеназванного Воеводы, почему, с крайнею убедительностью, Воевода взывает к Его Величеству о помощи, в виду величайшей важности падения вышеупомянутого города Кафы. Из Буды, в последний день июня 1475 года, в первом часу ночи.
Письмо генуэзского гражданина, жителя Хиоса, Джиякомо Джиустиниани (Перев. с итальянск.) 1475 год. 19 июля (10 июля ст.ст.) Сим извещаю Вас, что мы вчера получили два письма из Перы и Бруссы, от 28 и 29 истекшего месяца, подтверждающая события гибели Каффы, к великому горю всего Христианства. Вот что пишут: Третьего числа прошлого июня месяца армада султана явилась в виду Каффы и немедленно приступила к высадке войск на берег. Тут же Турки вступили в бой с Татарами и Каффинцами. Татарский хан, увидя, что для него нет спасения, укрылся в Каффу с 1,500 солдатами, оставив на поле прочих Татар под начальством своего Бассы. Этот же со всем татарским народом заключил союз с турецким адмиралом и оказал ему помощь в жизненных припасах и другом необходимом для осады. Тогда, со стороны суши, Турки начали проламывать стены в продолжение четырех суток. На пятый день возмутились городские Греки и Армяне, заявив Латинцам о своем отказе дальше противиться Туркам, и требовали сдачи. Тогда Латинцы, увидя свое бессилие одним защищаться, сдались на условиях, пока неизвестных, но велено было отрубить голову консулу и 300 генуэзцам. Приведено было в известность все имущество Каффы, 8,000 домов, семьдесят тысяч душ жителей и т.д. Оставив в побежденном городе гарнизон, адмирал пошел на Мокастро, в Валахии, замок, который, по всей вероятности, не мог устоять, потому что вот уже 20 дней с лишним, как громадное сухопутное турецкое войско находится в этой валахской местности, и сильно сомневаются в спасении всех береговых поселений на этой полосе. Помилуй Бог всех христиан! Донесение Леонарда Арте, правителя острова Левкаты 4, дожу Венеции, о военных силах оттоманского флота до и после взятия Кафы

(Перев. с итал.) 1475 год. 13 июля (4 июля ст.ст.) Светлейший Князь, великолепнейший Государь! Считаю своим долгом известить Вашу Светлость о действиях и приготовлениях дерзновенного турецкого Султана, а потому доношу Вам о том, что 30-го июня прибыл сюда, в Санта-Маура, наш наблюдатель (шпион), которого мы держим в Константинополе для внимательного выслеживания за действиями Турок. Вот что он передает: Во 2-й день мая он прибыл в Константинополь и прожил там 17 дней, и видел там турецкий флот, который пошел на Каффу. Там было собрано сто восемьдесят кораблей, три галеры, сто семьдесят меньших судов, 120 понтонов, на которых находились 3000 всадников и было нагружено сто возов печеного хлеба, и на одну из галер сел Ахмат Басса, т.е. главный начальник всей армады. На другую же из вышесказанных галер сел Диагарж Якуб, флабуларио (начальник войск, комендант) города Гариполя. На третьей галере нагружены были оружие и военные припасы. Этот же наблюдатель говорить, что эта армада, корабли, галеры и все другие суда были отлично вооружены и в должном порядке, в чем он воочию убедился. Он еще передает, что он видел также корабли Вашей Светлости, проходившие в виду Кателаны (?), но не мог удостовериться, хорошо ли они снаряжены, подобно турецким. Названный флот, продолжает наш наблюдатель, отплыл из Константинополя 19 мая, и он, наблюдатель, сев на галеру Суббашы Якуба, сопровождал флот от Константинополя до Фонаря, где находится въезд в Верхнее (Черное) море. Плыл он вместе со всей армадой только для того, чтобы видеть и удостовериться, какое направление изберет сказанный флот. И 27-го этого же месяца, передает еще наш шпион, увидав отплытие флота от Фонаря, он сам отправился в Адрианополь, именно в местность под названием Зуйхалохорж (sic), где собрана была вся сухопутная турецкая армия, и там остановился. В день 3 июня туда пришло известие из Синопа о том, что флот, еще 27 мая, благополучно дошел до этого порта. Этот же шпион еще рассказывает, как он, вечером 8 июня, достиг лагеря турецкого войска в тот момент, когда султану было донесено о том, что Уссун Кассан прибыл в Ларзинган с достаточными силами, и что Валах (воевода), хорошо изготовив свои позиции, находился сам в своем лагере, отлично вооруженном. Что касается до сухопутной турецкой армии, то она очень многочисленна, но недостаточно еще обучена, ибо Султан цвет своего войска поместил на армаду. Эта армия ушла из Зуйхалохорж в то время, когда наш разведчик находился еще в этой местности, и пошла в Загору, с целью перебраться через Дунай и вторгнуться в Валахию. Перед отъездом оттуда, наш наблюдатель встретил одного товарища, оставшегося в Загоре, который ему передал, что султан получил верное донесете о взятии его флотом Каффы. После этого он же, шпион, уехал в Арту. Сюда же, несколько позже, прибыл из турецкого лагеря другой разведчик, по имени Петро Панда, бывший домашним слугой покойного Святого Отца, и рассказал следующее: Он покинул турецкий лагерь 17-го июня. Этот лагерь расположен до сего дня в Загоре и …. в Константинополь прибыл военный корабль, присланный главным начальником вышесказанного флота, Ахматом пашой, и что на этом корабле находился от главного начальника гонец, который верхом прискакал из Константинополя в Загору, в лагерь турок, и принес известие, как турецкий флот …. и, по случаю получения султаном этого известия, в лагере было устроено большое празднество, гонец же, в награду, был произведен в чин фламбуларио. И вышеназванный Петро Панда …. узнав обо всем этом и увидав празднества, которые были очень торжественны, отправился в Арту, куда то же известие дошло только неделю спустя после его приезда в этот город, и там также устроено большое ликование. Этот же Петро еще передает, что корабль, привезший это известие султану, получил приказание немедленно вернуться к армаде и передать ей его повеление безотлагательно направиться прямо на Аспро-Кастро. Что касается до сухопутной армии, она движется к Дунаю, с целью напасть на Валахию. К этому он, Петро, ничего больше не прибавил. Дано в Санта-Мауре, июля четвертое число MCCCCLXXV Леонар Арте, Левкатский Правитель Палатинский Граф Кефалонийский. Светлейшему Государю, доблестному Дожу Венетов. Письмо Стефана, Воеводы Молдавского, к Королю Венгерскому о падении Кафы

1475 год. 29 июня (20 июня ст.ст.)

В 1475 году Каффа вместе со всеми генуэзскими владениями была аннексирована османскими войсками, во главе которых стоял полководец Гедик Ахмет Паша. Кефе (так турки называли Каффу) стал одним из главных турецких портов на Чёрном море, здесь находился крупнейший в Северной Причерноморье невольничьий рынок, где ежегодно продавались тысячи невольников, захваченных крымскими татарами во время набегов на украинские, русские, польские земли.

(Перев. с лат.) 1475 год. 29 июня (20 июня ст.ст.) Мы, Стефан, Воевода, Божиею милостью Господарь Молдавской земли. Ваше Величество письменно приказали нашим верным и почтенным подданным, графу Станчулу, графу Думе и графу Михаилу донести Ему о всем, что у нас может произойти. Вот почему доношу Вашему Величеству о прибытии сюда человека с письмами от Кастелянов из Альбы, которые нам пишут, что к ним в Альбу пристало судно с италианцами из Пангопа. Это же судно, состоящее под командой моряка Филиппа, то самое, на котором отправился из наших владений в Яспу наш свояк Александр …. Этот гонец словесно рассказал следующее: Брат нашей супруги, Александр, достиг местности … и на третий день вступил во владение отцовским наследством, т.е. названным городом Мангопом, где он находится и в настоящее время. Что касается до Тур … говорили, что подплыл морем Ахемат Басса на кораблях и стремительно …. Каффу, и сражался с Каффой три дня, но на четвертый …. Турки взяли верх и завладели приступом Каффой, которая находится …. в руках Турок …. И находился в Каффе имп …. который раньше был Императором в Орде с тысячью Татар, которых Тур …. со всеми его людьми, так что теперь Император, и с ним вся Орда …. покорились Туркам, и Татары находятся в союзе с Турками. Эти известия … мы получили от врагов Христианства, от неверных …. что они идут на нас …. И вот, вторично доносится до нас молва, как верный слух, о том, что Турки идут на нас, и водой и сушей, как враги наши и нашей земли. Также говорят, что им предшествует мощный флот, снабженный для осады Альбы и Хилиибольшими запасами амуниции и большими осадными орудиями. Они в дороге очень близко, а со стороны суши должен явиться сам Император (Султан), чтобы лично отнять силой от нас нашу землю Валахии, со всеми силами своими и всем своим войском, потому что Валахи на нашей стороне против Турка. Дано в Яссах в XX день июня. Доменико д’Альба-Реале и Гаспар, его товарищ, представители Короля Венгерского при Стефане Воеводе Молдавском, передают своему государю о

(Перев. с лат.)

Июль 1475 г. Мы, Стефан, Воевода, Божиею милостью Господарь Молдавской земли. Пресветлейший Государь, милостивейший Король и Повелитель! Мы только что выезжали из города Быстрицы, как на дороге подошел к молдавским боярам человек от Воеводы Стефана и, вручив им приложенное здесь письма словесно передал нам о том, как недавно Воевода Стефан отправил родного брата супруги своей, Александра, в царство, названное Манго. Александр, прибыв туда и предъявив свои грамоты от Вашего Величества, вступил в полное владение этим же царством Манго. Этот человек еще рассказал, как Турки с сильной армией, севшей на 400 кораблей, пришли осаждать Каффу, которую со всех сторон обложили и вскоре ею завладели вместе с крепостью и всеми жителями. После взятия города, все живущие в нем италианцы и с ними все почетные граждане были истреблены. Остальной части населения, присягнувшей на верность Султану, разрешено было сохранять прежнее законы и обычаи. Передают, что Татары, в числе 60,000, соединились с Турками для осады города Каффы. Он еще рассказал о том, что татарский Император (Хан), тот самый, о котором писал Вам Станчул, был взят в плен этими же Турками и Татарами в самом городе Каффе. В виду этого, Пресветлейший Государь, вышеназванный Воевода Стефан, предвидя угрожающую ему большую опасность, просит нас возможно скорее, посредством этих-же бояр, обратиться с настоящим письмом, дабы Ваше Величество благоволили обратить Свои взоры к нижним частям своего государства. Тот же воевода убежден, что при малейшем движении войск Вашего Величества, Турок не посмеет так легко направить свои силы на Молдавии. Срочное из Быстрицы, в воскресение после праздника Рождества Св. Иоанна Крестителя. Доминик и Гаспар.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s