О русском языке – «великом, могучем, правдивом и свободном»


Русский язык — один из основных по распространённости языков. Несмотря на политику дерусификации, проводившуюся после распада СССР в большинстве бывших союзных республик, говорить о завершении эры русского языка на постсоветском пространстве нельзя. По мере угасания националистического радикализма осознаются преимущества, которые дает свободное владение «имперским» языком. Это в том числе подразумевало вытеснение русского языка языком «титульной» национальности из большинства сфер общения. Наиболее бурно этот процесс шел в 1990-е годы.

Кого мы цитируем, говоря о русском языке – «великом, могучем, правдивом и свободном» (последние два эпитета, правда, чаще всего забывают)? Ивана Тургенева, величественного отца русской классики.

Прямая речь

О русском языке: «Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!.. Не будь тебя – как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома. Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!»

 

Дерусификация всей страны. К 2000-м волна «дерусификации» постсоветского пространства спала, хотя говорить о завершении процесса также не приходится. Из недавних событий на «языковом фронте» можно упомянуть скандал в Грузии, связанный с закрытием половины из оставшихся здесь русскоязычных школ. Однако для Грузии, как и для всего Закавказья, проблема русского языка является в целом маргинальной. В советский период русский язык не стал здесь средством повседневного общения значительной части населения: знание русского было обязательным, однако на бытовом уровне продолжали доминировать местные языки. Доля русскоязычного населения здесь была невелика и во времена СССР, поэтому «дерусификация» прошла относительно быстро и безболезненно.

Гораздо сложнее ситуация в тех республиках пост-СССР, где доля русского, а также местного русифицированного населения достаточно велика. Здесь языковая проблема стала реальной головной болью местных политиков. В решении языкового вопроса отдельные постсоветские государства пошли разными путями.

В Казахстане и Киргизии, наиболее русифицированных республиках Центральной Азии, как и в большинстве остальных постсоветских государств, приоритет отдается «титульным» языкам. Вместе с тем, учитывая высокую долю русского и русскоязычного населения и его социально-политическую значимость, здесь постарались выработать достаточно толерантную линию в отношении русского языка, который получил официальный статус и сохранил широкое присутствие в информационной и культурной сферах. Это позволило значительно снизить конфликтогенный потенциал «русской» проблемы: в Казахстане межнациональная ситуация остается в целом спокойной, а для Киргизии более актуальны проблемы взаимоотношений между нерусскими этническими группами.
Высокой конфликтности проблема русскоязычного населения достигла в прибалтийских республиках. Особняком здесь стоит Литва, сохранившая в советский период высокую этническую однородность, что, как и в случае в Закавказьем, предопределило относительную безболезненность постсоветской «дерусификации».

В отличие от Литвы, Латвия и Эстония в советский период превратились фактически в двухобщинные республики: наравне с «титульным» населением здесь сформировалась обширная русскоязычная диаспора, причем в ряде местностей (районы Даугавпилса и Нарвы) русские и русскоязычные составляют большинство населения. Распад СССР спровоцировал затяжной конфликт между этими общинами, связанный с нежеланием латвийского и эстонского государства видеть русскоязычных жителей в качестве своих полноправных граждан. Это привело к политической дискриминации по этноязыковому признаку значительной части населения и появлению уникального для современной Европы института неграждан. Тем не менее, несмотря на политические притеснения, русскоязычное население продемонстрировало высокие адаптивные способности, в результате чего русское присутствие остается по-прежнему значимым фактором политической и культурной жизни Латвии и Эстонии. В результате некоторые местные политики начинают подвергать сомнению курс на построение моноэтнического государства.

Показательным представляется высказывание нового латвийского президента Андриса Берзиньша, который заявил, что не намерен политизировать языковую сферу и готов во время своей работы в такой высокой должности повсеместно использовать как государственный латышский язык, так и негосударственный русский. И хотя впоследствии Берзиньш получил отповедь от латвийского министра культуры Сармите Элерте, придерживающейся в русском вопросе традиционной «дискриминационной» точки зрения, само это заявление представляется знаковым и свидетельствующим о том, что в относительно недалеком будущем в Латвии возможен переход к более терпимой политике в отношении русскоязычного населения.

Белорусы предпочитают русский. Наиболее любопытной представляется ситуация с русским языком на Украине и в Белоруссии. Украина и особенно Белоруссия являются наиболее русифицированными республиками бывшего СССР. В советский период эти две республики наравне с Россией рассматривались как неформальное ядро советского государства, что закреплялось идеологической доктриной «трех братских народов», которые имеют общие, восходящие к Киевской Руси корни и поэтому «обречены» жить вместе. Этноязыковая близость восточных славян вкупе с объективным лидерством русского языка, выступавшего в СССР в качестве универсального средства общения, привели не просто к массовой языковой русификации, но сделали русскоязычных белорусов и украинцев практически неотличимыми на бытовом уровне от русских.

Тем не менее после распада СССР языковая политика на Украине и в Белоруссии довольно сильно отличалась. Националистические настроения на Украине исторически более сильные, чем в Белоруссии; кроме того, украинский национализм имеет свой регион базирования на западе страны. Поэтому после обретения независимости в условиях общей идеологической дезориентации украинские националисты взяли довольно успешный реванш, навязав руководству страны свою модель национального строительства. В языковой сфере это выразилось в придании украинскому языку монопольно государственного статуса и в последовательных мерах по украинизации государственного аппарата, системы образования и информационного пространства. В результате объем преподавания русского языка в украинских школах сократился до одного часа в неделю, начиная с пятого класса, а изучение русской литературы было включено в курс зарубежной литературы.

Однако, несмотря на эти меры, русский язык продолжает играть значительную роль в жизни украинского общества, что вынуждены признавать и сторонники украинизации. Так, сотрудник Института политических и этнонациональных исследований НАН Украины Владимир Кулик констатирует: «Образование, статус и общая риторика не помогают изменить языковые практики и сами представления без поддержки семьи, без поддержки массмедиа, которые в большей мере создают языковые практики. Так как образование – это государственная практика, вот государство и сделало – оно изменило язык образования. Но оно не изменило господства или распространенного употребления русского языка в медиа, и оно, конечно, не смогло повлиять на граждан, которые сами не хотели изменять язык в семье. И вот семья плюс медиа победили образование». Таким образом, культурно-языковые установки, укоренившиеся с советских и даже дореволюционных времен, сохраняют свое влияние в украинском обществе, поддерживая доминирование русского языка во многих сферах общественной жизни и регионах страны.

 

В Белоруссии, где националистическое движение значительно слабее украинского, националистам и вовсе не удалось навязать свою повестку дня. Недолгое доминирование националистов в идеологической сфере республики длилось с 1991-го по 1994 годы. В 1995 году по инициативе президента Александра Лукашенко был проведен референдум, по итогам которого Белоруссия стала единственной после России страной СНГ, где русский язык обрел полноправный государственный статус. После этого меры по языковой белорусизации государственного аппарата, системы образования и СМИ были свернуты, и страна вернулась к привычному с советских времен статус-кво, когда основным языком повседневного общения является русский, в то время как белорусский выполняет сугубо символическую функцию. Данные переписи населения 2009 года выявили значительное снижение роли белорусского языка в белорусском обществе. Таким образом, языковая ситуация в Белоруссии по-своему уникальна.

Белоруссия является единственным на постсоветском пространстве государством, где за период независимости русский язык не только не утратил своих позиций, но и значительно укрепил их.

Вместе с тем считать языковой вопрос в Белоруссии закрытым также нельзя. Языковая политика, а также авторитарный стиль правления президента Лукашенко способствовали радикализации националистической оппозиции, выступающей за государственную монополию белорусского языка. Поэтому в будущем нельзя исключать всплеска «дерусификаторских» практик, которые, учитывая радикализм белорусских националистов, могут обрести весьма гротескный характер.

Сужение языка.

Ситуация с русским языком в постсоветских республиках остается сложной и неоднозначной. Сфера применения русского языка во всех, кроме Белоруссии и России, бывших союзных республиках заметно сузилась, а в ряде наименее русифицированных государств (Закавказье и Литва) она была сведена к минимуму. Вместе с тем говорить о завершении эры русского языка на постсоветском пространстве, безусловно, нельзя. В большинстве постсоветских государств русское языковое, культурное и информационное присутствие остается достаточно сильным. Более того, по мере угасания националистического радикализма постепенно осознаются те преимущества, которые дает свободное владение русским языком. Поэтому задачей постсоветских государств становится не столько борьба с русским языком, сколько гармонизация языковой сферы, выработка оптимальной модели соотношения русского и «титульного» языков.

К сожалению, большинство постсоветских государств в этом вопросе все еще далеки от идеала…

Всеволод ШИМОВ, доцент кафедры политологии Белорусского госуниверситета, Электронная версия общественно-политического еженедельника «Киевский ТелеграфЪ»

общественно-политический
еженедельник 

Мифофилология

«Російська мова» как средство борьбы с гражданским единством Украины

Ни для кого не секрет, что со дня независимости Украины, провозгласив ее демократической страной, ее власти, якобы ориентирующиеся на правовые ценности Европы, тем не менее выбрали в качестве внутренней политики антирусское, а в качестве внешней – антироссийское направление. Антирусское – потому, что начали бороться с родным языком своих же граждан русской национальности, а антироссийское – потому, что стали всячески вредить добрососедским отношениям с Россией. Борьба с родным языком сограждан стала одной из основ украинского государственного строительства.

Используется в этой борьбе и понятийная система украинского языка. По-видимому, нет необходимости объяснять и доказывать, что «русское» и «российское» в формате современного мира совсем не одно и то же. Но приходится, ибо вынуждают. «Русское» на сегодняшний день – это неотъемлемая принадлежность, по крайней мере, трех стран: Белоруссии, России и Украины, а «российское» – принадлежность исключительно России.В борьбе с Россией наши послушные исполнители западной воли стали использовать даже недостатки в украинской терминологии. В частности, термин «русский язык», который отражает явление, характерное не только для России, но и для Белоруссии и Украины. Согласно устаревшей украинской терминологии они навязчиво именуют его «російською мовою» и тем самым, перевирая исторические данные, стараются всячески подчеркнуть, что это язык исключительно России.

Это нужно им для аргумента, что, дескать, русский язык для Украины – чужой, иностранный. И с ним нужно бороться. Но с каких это пор он стал для нас чужим?


Патриоты даже Джону Кеннеди придумали отца украинца (слева)…

Хочется обратиться к филологам, языковедам, психологам, культурологам – ко всем образованным и разумным согражданам. Давайте наконец-то осознаем, что все мы, русско-культурные граждане Украины, живем на своей земле, а значит, в своей стране. Никому ничем мы не обязаны. В ее появлении мы приняли непосредственное участие, а теперь способствуем ее истинно демократическому развитию. Но постоянно сталкиваемся с тем, что наши неугомонные лжепатриоты ведут с нами и нашим родным языком агрессивную войну, называя нас «росіянами», а наш родной язык «іноземною, російською мовою». Они уже видят нас за пределами Украины, которую мы же и создали.

Этим они стараются подчеркнуть нашу инородность в Украине, что, дескать, только они – ее хозяева и владельцы, что это их страна, а не наша. Чего стоит красноречивое название партии: «Наша Украина»! Уже в нем они обнесли страну частным забором! Но они никак не понимают одного: если это их страна и она на нашей исконной земле, то забирайте ее и тащите восвояси. А мы на своей земле организуем свою страну.

На сегодняшний день весьма актуальным стал разговор о точности некоторых терминов. Так как нам предъявляются претензии и против нас осуществляются атаки на украинском языке, то мы коснемся таких украинских терминов, как «руський», «російський», «російська мова».

Термин «русский» («руський») имеет длительную историю, употребляясь с древнейших времен. Например, в общем русско-украинском историческом памятнике («Повесть временных лет») говорится о Руси, Русской земле, о русских (как славянском народе), русских князьях, русском законе, русских потомках. Черное море называется здесь Понтийским и тут же в качестве эквивалента именуется Русским: «Днепр впадает устьем в Понтийское море; это море слывет Русским». О Киеве в летописи сказано как о центре русской земли, которая иначе называется Русью, Киев определяется князем Олегом как «матерь городов русских».
Но мы не найдем здесь слов «Украина», «украинский» и «украинец». Так что если к кому-то и уместно сегодня предъявлять какие-то претензии, то только к ним. Пусть объяснят без сказок, мифов и выдумок, откуда они появились на нашей русской земле? Кто они такие?

Наши русские корни мы легко находим в летописях и других исторических документах, но откуда среди нас появились они со своими мифами и сказками?

Наименование «русский язык» – древний термин. Его находим в Ипатьевской летописи, в которой под 898 годом говорится: «А словенськ язык и рускый – один». Как видим, еще не было ни Украины, ни России, ни Москвы, а русский язык уже был. Термином «руський» широко пользуется и современная украинская филологическая наука.

Что же касается наименования «Украина», то оно еще в XVI веке использовалось в нарицательном значении, и не где-то в Москве, а на территории нынешней Украины. Например, в Пересопницком Евангелии (1556 год) читаем: «Вышол з Галилеи и пришол в украины иудейские».

Как видим, упоминаемые «Украины» находятся в тысячах километрах от той, в которой мы сейчас живем. В исторической литературе мы легко найдем «украины московские», «украины рязанские», «украины архангельские», уральские и другие. Мало того, литография рукописи шевченковского «Заповіта» показывает, что Тарас Григорьевич часто писал слово «Украина» с маленькой буквы. В его сознании оно не ассоциировалось с названием страны.

Наименование «россиянин» («росіянин») обозначает «гражданин России», который, как известно, может иметь любую национальность. Но русские Украины – никакие не россияне, так как не имеют к России никакого отношения. Они русские люди Украины, ее древнейшее население, а нынче ее полноправные граждане. Наш родной язык не российский, а русский (руська мова).

Слово «російський» в настоящее время обозначает отношение к стране России. Очевидна некорректность использования наименования «російська мова» вместо «руська мова». Интересно, что различные заимствования украинским языком из русского называют «русизмами», а не «росіїзмами». Говорят о «русифікації», а не о «росіїзації». Выходит, что борьба идет не столько с Россией, сколько с русскими гражданами Украины, которых умышленно объединяют и отождествляют с Россией. Так антирусичи борются с общерусским миром.

Точное название нашего языка (руська мова) подтверждается как древнейшими историческими (летописными), так и современными данными. Если мы обратимся к такому древнему жанру устного народного творчества, как былины, то увидим, что весь арсенал былин, отражающих жизнь Киевской Руси, киевских князей и простого люда, убедительно свидетельствует о том, что русский язык своими корнями уходит в седую киевскую древность. Все до единой былины киевского цикла представлены на русском языке! На украинском никаких былин вообще никогда не было. В связи с этим возникает ряд вопросов.

Какой народ жил на Киевской земле тысячу лет назад? Почему он создавал былины не на украинском, а на русском языке? Почему в русских былинах нашли отражение события, происходящие в стольном русском (нынче «украинском») граде Киеве при князе Владимире Красное Солнышко? Почему в исторических документах князя не называют «Володымыр Чэрвонэ Сонэчко»? Почему народ не пользовался украинским языком? Наконец, какой язык изначально являлся родным для населения Украины?

В былинах киевского цикла говорится о русской земле, русских богатырях, отстаивающих свободу киевской русской земли, и ни слова о чем-то украинском. И передавались они из уст в уста в течение многих веков!

А сегодня мы, живя на земле своих предков, позволяем называть наш родной язык «іноземною» и «російською мовою», позволяем это делать тем людям, которых лишь в ХХ веке нарекли «украинцами». До этого времени мы вообще нигде не найдем национальности украинец. Она была неведома ни Гоголю, ни Шевченко.

В выдающемся памятнике древности – «Слове о полку Игореве» (конец ХII века) – мы можем прочитать о русской земле, русичах, киевских, черниговских, новгород-северских и других русских князьях, русских воинах, но опять же ни слова не найдем о чем-либо украинском. А ведь действие происходит 800 лет назад на территории, которую занимает нынешняя Украина. Заметим, что в это время ни Москвы, ни Московского княжества, ни «москалей» еще вообще не было, как не было Украины и украинцев.

Не говорят ли эти объективные исторические данные о том, что и сама Украина и ее язык появились значительно позже? Это ли не материал для размышлений и выводов?
Если в настоящее время слова «Россия», «Москва» действительно связаны с другим государством, то слово «русский» отражает реалии современной Украины. Причем не простые, а глубинные, фундаментальные, государствообразующие. Именно благодаря русской части населения Украина состоялась как государство. На референдуме 1991 года за независимую Украину, как колыбель русского мира, проголосовали 90% русско-культурного населения страны. Проголосовали и – получили яростные атаки на родной русский язык.

Языковое неравноправие, а точнее, запрет родного языка как орудия мышления миллионов граждан Украины является нарушением естественных человеческих прав и одновременно лишает половину населения Украины реальной возможности на равных участвовать во всех сферах общественной жизни страны. Хотя в Конституции эта возможность гарантируется. Но в реальности никакой гарантии нет. Выходит, что Конституция на самом деле пустая бумажка для обмана населения.

Вместо того чтобы развивать свое государство, объединив для этого все население, лжепатриоты начали борьбу с согражданами и их родным языком. К сожалению, в стране не нашлось политических лидеров, настоящих бойцов, которые бы возглавили сопротивление. Зато конкурирующих между собой прохиндеев, политических мародеров и торговцев родным языком оказалось предостаточно. Поэтому ситуация с русским языком все время ухудшалась. Одни его давили, другие на нем спекулировали.

До воссоединения с Россией территория нынешней Украины официально именовалась «Великим Княжеством Русским», чему мы найдем подтверждение в польских и литовских исторических документах. Например, в Гадяцком договоре гетмана Ивана Выговского с поляками (1658 год) говорится, что Польша представляет собой единство трех частей: Королевства Польского, Великого Княжества Литовского и Великого Княжества Русского. Именно так поляки и литовцы официально называли еще во второй половине XVII века нашу землю. Всего каких-то 350 лет назад официальный международный документ свидетельствовал, что территория, где мы сейчас живем, в глазах соседей и европейского сообщества была Великим Княжеством Русским (а не Украиной)!

Трудно заподозрить поляков в любви к русским и нелюбви к украинцам и Украине, о которых в этом документе они не упоминают. Просто поляки говорили о тех исторических реалиях и субъектах, которые существовали на тот момент: Великое Княжество Русское с русскими людьми. Но если три с половиной столетия назад наша земля официально называлась Великим Княжеством Русским (а не Российским), то спрашивается, каким языком пользовалось население Русского Княжества с русским населением? История говорит однозначно: наш родной язык – русский («руська мова»).

После Люблинской унии (1569 год), объединившей Польшу и Великое Княжество Русское «на вечные времена», была договоренность о том, что языки обоих субъектов объединения будут использоваться свободно и равноправно. Однако этот пункт соглашения остался лишь на бумаге. Вся официальная жизнь в объединенной стране велась только на польском языке. И никакие возражения не помогали. На все возражения Варшавский сейм откликнулся постановлением, согласно которому во всех канцеляриях «писарь должен писать по-польски, а не по-русски». В этом ответе примечательно, что поляки называют язык «украинского» населения «русским» (ruskim). Выходит, о существовании «украинского» языка и самих украинцев поляки еще ничего не знали, даже не подозревали. Трудно знать что-либо о том, чего еще нет…

Использование в настоящее время термина «російська мова» отражает лингвистическую неточность. Мировая практика обозначения языков свидетельствует, что каждый из них определяется национальностью народа, а не названием государства или названием граждан, образованным от названия государства. Есть языки немецкий, польский, шведский, арабский и другие, потому что есть немцы, поляки, шведы, арабы. Но нет языков американского, канадского, австралийского, бразильского, швейцарского, хотя есть такие страны, нации и граждане. Но нет таких национальностей, нет таких этносов.

В украинском языке мы встречаем курьезную ситуацию, когда язык именуется не по национальности народа-носителя, а по стране: «російська мова». Причем по соседней для граждан Украины стране. Родной язык миллионов граждан Украины называют иностранным лишь на основании того, что он функционирует в соседней стране. Но ведь он используется в качестве родного и народом Украины! Причем миллионами граждан. И Белоруссии.

В России проживают более 130 национальностей. Язык каждой из них – калмыцкий, татарский, башкирский и все другие – можно назвать «російською мовою». В этом отношении и русский тоже российский. Но не тот вариант общерусского языка, который функционирует на Украине или в Белоруссии (ибо это было бы абсурдом), а тот, который используется в России. Но и тогда не в значении, что это язык русского народа, а в значении, что это один из языков народов России, один из многих языков Российского государства.

Как видим, понятие «російська мова» имеет больший объем значения и выступает в качестве родового, в то время как «руська мова» имеет более узкое значение и выступает в качестве видового. В России каждый язык российский, но среди них только один русский…

Так что можно ответить определенно и однозначно: среди российских языков нет «руської мови» Украины, а в Украине нет ни одной «російської мови».

В России живут россияне – люди разных национальностей, в том числе и русские. В Украине, кроме туристов из России, гостей и российских дипломатов, россиян нет, но есть миллионы русских граждан, предки которых с древнейших времен жили на этой земле, дали ей в свое время название Руси, русской земли и нашли в родной земле свой последний приют. Оставаясь верными памяти предков, многие русские люди Украины не захотели под напором агрессивных хуторян отказываться от своего исторического русского имени. Живя на родной земле предков, они являются полноправными гражданами своей страны, Это историческая истина.

Родной язык русских граждан Украины следует называть не «російською», а «руською мовою», он должен быть государственным наравне с украинским. В этом случае политическая истина будет соответствовать исторической.

Некоторые защитники термина «російська мова» из числа филологов говорят, что слово «руський» употреблялось только применительно к периоду Киевской Руси, но они лукавят, не проявляют профессиональной честности. Или они не знают этих вопросов своей специальности? Приведем некоторые примеры, опровергающие их мнение:

— в середине XIX века в Галичине была создана «Рада народна руска». Не «російська»;

— в 1857 году Яков Гловацкий в своей работе «Розправа о язиці южноруськім» (именно так в ученом мире назывался язык, который позднее стали именовать украинским) писал: «…Знавці мов признають нашій мові краснозвучність… Міцкевич (називає її кращою) між руськими язиками» (как видим, в сознании поляка Мицкевича и малоросса Головацкого украинская мова – это один из русских языков: южнорусский);

— в 1885 году в Киеве Александром Барвинским и Владимиром Антоновичем была составлена программа «Руської історичної бібліотеки». Далее цитируем Ивана Огиенко: «Рішено було прийняти терміни… український – руський як протиставлення до Велика Русь…» («Історія української літературної мови». К., 1995, с. 167). Вот когда зарождается противопоставление украинского и русского – всего 120 лет назад…

Так что термин «російська мова» появился уже позже, а противопоставление началось с терминов «український» – «руський». Вот когда рождались два народа. До этого был единый русский народ и общерусский язык (или кратко – русский) с его южнорусским вариантом. Терминами «общерусский» и «южнорусский язык» широко пользовался Николай Костомаров. И еще ни у кого нет ни «российского языка» ни «російської мови». Кстати, в польском языке, значительное влияние которого испытал украинский, и в средние века, и в современном его варианте наш язык называют «русским» (ruskim).

Так что не нужно усердствовать и лукаво смешивать русское и российское. Русское – это и наше, унаследованное нами параллельно с россиянами и белорусами от наших общих предков, а российское – то, что относится к соседней, братской стране или принадлежит ей и после 1992 года уже не имеет к нам отношения.

В русском языке есть существительное «русский» (национальность) и «россиянин» (гражданин России). Есть также прилагательные «русский» и «российский» (например, русский язык, но российский газ, российские войска, российское гражданство). Как видим, слова имеют совершенно разные смысловые значения. В украинском же языке на сегодня сохраняется один и тот же перевод – «росіянин» и «російський» – что приводит к путанице в понятийном аппарате языка.

Если, учитывая реальную смысловую дифференциацию в новейшем русском языке слов «русский» – «российский», перевести с украинского на русский язык фразу «Росіянин – це громадянин України», то получим: «Россиянин (то есть гражданин России) – это гражданин Украины». Полнейший абсурд!

Или если переведем сочетание «російська мова», то получим «российский язык» (язык, на котором говорят россияне – граждане России, то есть язык несуществующий, потому что граждане России говорят на русском, калмыцком, татарском и т.д. – все на своем родном языке).

Мы же, граждане Украины, если передать нашу речевую деятельность по-украински, говорим «рідною руською мовою».

Как видим, нынешний государственный язык Украины перевирает мысли, а точнее, порождает абракадабру, абсурд, бессмыслицу. Вполне очевидно, что термин «російська мова» не соответствует реалиям сегодняшнего дня, в связи с чем подлежит соответствующей замене…

Владимир ФИЛАТОВ, rusmir.in.ua

 
 

Справка
Русскоязычные граждане
 Украины — русскоязычная социокультурная общность, отличающаяся неформальной целостностью, выступает самостоятельным субъектом социального поведения. По данным последней переписи населения русский язык назвали родным 14,273 млн. граждан Украины, или 29,6 % населения страны. Из них этнические русские составляют 56 %, тогда как остальные — представители других национальностей: 5545 тыс. украинцев, 172 тыс. белорусов, 86 тыс. евреев, 81 тыс. греков, 62 тыс. болгар, 46 тыс.молдаван, 43 тыс. татар, 43 тыс. армян, 22 тыс. поляков, 21 тыс. немцев, 15 тыс. крымских татар, а также представители других этносов.

В тоже время на русском дома говорит от 43% до 82 % процентов жителей, это столько же сколько говорят на украинском. Наиболее распространенным в применении русский представлен в восточных и южных областях: г. Севастополь – 98% всего населения, АР Крым — 97 %, Днепропетровская область — 72 %, Донецкая область — 93 %, Запорожская область — 81 %, Луганская область — 89 %, Николаевская область — 66 %, Одесская область— 85 %, Харьковская область — 74 %. Процент русскоговорящих людей на западе также довольно высок.
86% русскоязычных граждан, абсолютное большинство, воспринимают Украину как свою Родину, а 72% — являются в той или иной мере её патриотами.

Широкие возможности официального использования и развития русского языка гарантированы Конституцией Украины, Законом Украины «О языках», Законом Украины «О ратификации Европейской Хартии региональных языков или языков меньшинств», другим отечественным и международным законодательством.

Русскоязычные граждане Украины – коренной государствообразующий этнос страны. Русский язык слышен по всей территории Украины. Он является значимым социокультурным фактором развития и сплоченности страны, важнейшим инструментом коммуникации как внутри государства, так и поддержания отношений с соседними странами. Именно по этому поддержка и развитие русского языка должна являться принципиальным фактором внутренней политики страны и обеспечения ее стабильности и безопасности.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s